— Есть один шанс. Да, я не смог пробиться к ее сознанию с помощью истинной связи. Но, возможно, ты сможешь.
Эрисхайм вздернул бровь.
Дхиррайм пояснил:
— Ожерелье.
Остальное князь понял без слов. Кивнул:
— Веди меня к ней.
Их уже ждали кони, припасенные Дхирраймом. Так что путь до лагеря они проделали верхом. И чем ближе становились к нему, тем сильнее сгущались сумерки. Вскоре вокруг уже разливалась непроглядная тьма, лишь изредка вспыхивая огнями факелов и костров.
Впрочем, обзору драконов это ничуть не мешало. Они смотрели магическим зрением: видели очертания предметов и ауру, которую те испускали. По цвету ауры было понятно, кто перед ними: дерево, камень, зверь или человек.
И пока они ехали, Эрисхайм то и дело оценивающе поглядывал в сторону Дхиррайма.
Род Бер-ан-Схар давно был бельмом у него на глазу. Выскочки, возомнившие, что они лучше других. Сначала Райссарнах посмел украсть женщину, которая должна была стать женой Айдхоррана. А теперь Дхиррайм повторяет ошибку отца.
Украсть жену князя — это преступление, достойное публичной казни!
И пусть Юна действительно пара Дхиррайма, но он сам от нее отказался.
По губам князя скользнула задумчивая усмешка.
Он вспомнил, как увидел ее впервые.
Маленькую, худую, в грязной одежде, с огромным синяком, уродующим лицо. Ее коротко остриженные волосы торчали в разные стороны, словно иголки испуганного ежа. Тонкая шея с магическим ошейником казалась детской и беззащитной. А широко распахнутые глаза смотрели с опаской. Так смотрят дикие маленькие зверьки, когда берешь их на руки.
Что он испытал тогда?
Удивление — первое чувство.
Удивление от того, что Дхиррайм таскает за собой свою пару, и она в таком виде.
Затем — возмущение.
Оно вспыхнуло, едва контрабандист согласился обменять девушку на золото. Какой дракон поступит так со своей парой? Только утративший последние крохи чести!
И он, Эрисхайм, согласился. Отчасти из желания насолить врагу, услугами которого вынужден пользоваться. А отчасти — из-за странного тепла, которое зародилось в сердце при взгляде на девушку.
Тогда князь еще не знал, что это та самая астерийская принцесса, от брака с которой он отказался.
Если бы знал, то ни за что не позволил бы ей сбежать!
Но тогда он видел в ней лишь пару Дхиррайма. А еще его пугала собственная тяга к ней.
Много раз он переосмысливал все, что случилось. Прогонял в памяти каждый момент. Малейшие оттенки чувств и ощущений.
И не мог понять природы той связи, которая возникла между ними.
Эрисхайм мог поклясться: эта девчонка ему не пара. Дракон не испытывает к ней того, что должен испытывать. Но почему-то рвется ее защищать! Словно она… любимая младшая сестренка?