Важно, что она с ним.
Юна почти потерялась в своих ощущениях. Их было больше, чем она могла выдержать. Слишком острые, на тонкой грани между безумным наслаждением и болью. Тело ей больше не подчинялось. Оно льнуло к Маргену, требовало прижаться к нему, касаться его, дарить ласку в ответ. И она не стала сопротивляться.
Лишь вздрогнула, когда Марген прервал поцелуй.
Но уже через миг его губы заскользили по ее шее, все ниже и ниже, вырывая из горла девушки глухой и протяжный стон.
Юна выгнулась навстречу ласке.
А он продолжил клеймить поцелуями каждую пядь ее кожи. Жгучими и неторопливыми. Будто смаковал спелый плод, наслаждаясь вкусом и запахом.
Касаниями языка вырисовывал влажные узоры. Будил в ней такие чувства, о которых она прежде не ведала. И ей это нравилось.
Весь мир отодвинулся. Все стало неважным. Кроме этого мужчины и того, что он делал. Теперь происходящее казалось чем-то запредельным, нереальным. И Юна тонула в чувственном сладком дурмане, погружаясь все глубже и глубже…
Послышался треск. Это было платье. Дхиррайм просто сорвал его с девичьих плеч, открывая себе доступ к вожделенному телу. Отстранился, чтобы насладить взор открывшимся видом.
Да, его принцесса чудо как хороша. И желанна.
Она судорожно вздохнула, когда прохлада коснулась обнаженной груди. Инстинктивно прикрылась руками. Но он не позволил. Мягко сжал ее запястья и развел в стороны. А затем обжег ее жадным взглядом.
Юна не чувствовала стыда. Это было что-то другое. Страх, что ему не понравится, как она выглядит.
Но стоило глянуть ему в глаза — и страхи исчезли.
Марген смотрел на нее с восхищением. Ему нравилось то, что он видит перед собой. Лакомый кусочек. Его сокровище. Его пара. Вся идеальная для него.
Он перевел взгляд на ожерелье, украшающее горло принцессы. И человеческие глаза на секунду вспыхнули темным драконьим пламенем. Сквозь черты лунданца проявился истинный облик Дхиррайма.
Чужой оберег. Чужое клеймо. Чужая жена.
Понимание, что именно он собирается сделать, придавало желанию горький оттенок. Да, он сам виноват, что отправил ее к Эрисхайму. Знал, чем это может закончиться, но не хотел думать о чем-то другом, кроме собственной мести. И то, что между ними происходит сейчас, отчасти тоже является местью.
Зверь внутри больше не хочет ждать. Требует продолжения. Требует сделать эту женщину своей. Чужая метка лишь раззадоривает его и заводит. Молит установить свою власть. И он, Дхиррайм, не станет сопротивляться.
Пальцы мужчины скользнули вдоль линии коричневых камешков. Юна в ответ судорожно выдохнула. Дхиррайм, подавшись вперед, проглотил ее вздох и продолжил осыпать поцелуями.