— Это все знают. Я читала об этом в наших летописях. Там была настоящая бойня между драконами и людьми.
— Между драконами и магами, — поправил он. — Целой армией магов, а не просто людьми.
— У людей была армия магов? — Юна недоверчиво ахнула.
— В те времена — да. Но в той Войне они почти все погибли, не успев передать свой Дар. Поэтому сейчас у людей так редко рождаются одаренные дети.
Юна опустила взгляд.
Магов среди людей действительно было мало. И все они происходили из титулованных дворянских семей. Большинство служило при Дворе и подчинялось главе магического ковена. А уж глава был правой рукой короля. По крайней мере, так было в Астерии до недавнего времени.
— Тот бой длился несколько дней, — от грустных мыслей отвлек голос Эрисхайма. — Атаки накатывали одна за другой. А когда все закончилось, и дым от пожарищ рассеялся, оказалось, что долина от реки до предгорий усеяна трупами: и магов, и драконов. Хоронить их было некому. Никто не выжил. Они так и лежали… месяцами…
Что-то в его тоне заставило Юну вздрогнуть.
Эрисхайм поймал ее взгляд и продолжил:
— Одним из погибших был некромант. История не сохранила ни его имени, ни уровня силы. Мы знаем лишь, что это он призвал Тьму. В момент своей гибели он успел прокричать слова заклинания, которые превратили в ритуальную жертву души всех, кто умер в том бою. И его в том числе. Тьма хлынула через портал, который разверзся между нашим миром и Бездной. Она обратила души в чудовищ, а магия смерти превратила ту часть долины в Мертвые земли. Это случилось десять веков назад.
— И… как же там люди жили? — чуть слышно спросила Юна.
— Никак. Они там не жили. Пока я не поставил защитный барьер.
— Да, и лишил нас всех развлечения, — буркнул Дхиррайм. Поймав удивленный взгляд девушки, пояснил: — Драконы веками охотились на Темных землях. Каждый юнец, едва вставший на крыло, считал своим долгом добыть шкуру чудовища.
— Но не все возвращались, — холодно осадил Эрисхайм. — Нас и так осталось немного. Так что я запретил как войны между кланами, так и бессмысленный риск. А теперь зло, которое тысячу лет было заперто, вырвалось на свободу.
— Я почувствовала его, — Юна содрогнулась от внезапного озноба. — Немыслимую опасную силу. Это было ужасно.
— Все в порядке. Я тебя спас, — напомнил Дхиррайм, вновь беря ее за руку.
Но она отстранилась, услышав, как хмыкнул князь.
— Тогда уж МЫ спасли принцессу, — с нажимом сказал Эрисхайм. Затем обратился к Юне: — Вряд ли то, что ты видела, было сном. Скорее всего, это Тьма посылала тебе видения. Если бы ты поддалась ей, мы бы не смогли тебя вернуть. Никаким способом.