— Теперь ты сам видишь, — сиплый голос Дхиррайма заставил открыть глаза. — Она моя истинная.
— Да, и ты едва не угробил ее, — процедил Эрисхайм, не собираясь сдаваться. — Без моей помощи она была бы уже мертва. Так что повторю то, что уже говорил: ты ее недостоин!
Он с ненавистью взглянул на противника, который сейчас был слабее котенка. Дракон внутри Эрисхайма встрепенулся и зарычал. Выпустил когти.
Это ведь такой удобный момент! Другого не будет…
Но сам Эрисхайм не сдвинулся с места.
Разочарование, ревность, беспомощность захлестывали его изнутри. Он ничего, совсем ничего не мог сделать.
— Жарко… — послышался слабый девичий голос.
Оба дракона тут же затаили дыхание. Их внимание сосредоточилось на принцессе.
Дхиррайм первым шевельнулся. Приподнялся на локте и мягко коснулся щеки девушки.
— Милая, — произнесли его губы.
Эрисхайм ревниво подался вперед, не чувствуя, как когти пробивают ладони насквозь.
Веки Юны затрепетали.
— Больно… — выдохнула она вместе со всхлипом.
А затем открыла глаза.
* * *
Жар был первым, что почувствовала Юна.
Больше не было ни стены огня, ни загадочных духов, ни пугающего света. Зато тяжесть собственного тела стала вполне ощутимой.
Минуту назад она парила в невесомости, а теперь чувствовала наливающиеся свинцом руки и ноги.
А еще была боль.
Она пришла неожиданно и нахлынула так внезапно, что Юне захотелось скрутиться и застонать. Казалось, она отлежала все тело, и теперь каждое движение отдается миллионами острых игл. Но кто-то не дал ей пошевелиться. Чьи-то руки прижали к постели и тихий голос сказал:
— Все в порядке, все хорошо…
Дхиррайм…
Это был его голос.
Очень близко, над ней.
Юна подняла взгляд на мужчину, и сердце пропустило удар.
Он снова был в своем истинном облике — прекрасный и рыжеволосый, с неудержимым пламенем в золотисто-алых глазах, которые сейчас смотрели на нее с теплом и любовью.
— Ты очнулась, — раздался еще один голос.
До боли знакомый.
Юна чуть повернула голову в сторону звука и замерла, встретившись со взглядом Эрисхайма.
Он тоже здесь.
Неужели пришел за ней?
Она внутренне сжалась, ожидая, что сейчас муж схватит ее.
Сразу вспомнились обстоятельства, при которых они виделись в последний раз. И слова, которые он ей сказал.
«Не нужно сражаться против меня. Сражайся на моей стороне. Тогда твои враги станут моими врагами. А я врагов не щажу».
И что же теперь — она, как Дхиррайм, стала его врагом?
Но, вопреки ее страхам, Эрисхайм вдруг усмехнулся. Печально и горько. А потом разжал кулаки.
Почти не дыша, она проследила, как он опускает руки. И только тогда поняла, что ее собственная ладонь покоится в руках Дхиррайма. И что все это время Огненный мягко поглаживал ее пальцы, будто присутствие князя его ничуть не смущало.