Итак, на ночном допросе господин Кневри не поведал им ничего, он просто отказался говорить. Вообще. Но Лаис, принявшая перед этим пару кристаллов усилителя, все равно кое-что поняла.

— Рети, — выманила она мужа в коридор, плотно прикрыв за ними дверь, — он сейчас тянет время и чего-то ждет. А еще он слишком уверен. Уверен, понимаешь⁈ Как будто знает, что очень скоро его не просто отсюда выпустят, но еще и извиняться вдогон побегут.

— Точно?

— Да! Что-то там у них готовится, причем вот прямо сейчас. И связано это с Сиенурой и Эрдари — на такие вопросы он реагировал аж злорадно, я чуяла.

— Та-ак… — Ретен несколько секунд пялился в тусклую стену прямо перед собой, умудряясь ее не замечать, а потом решился: — Пойдем!

Пропустив жену обратно в допросную, он закрыл замок, чтобы никто не вздумал мешать, усадил ее на стул, поставленный рядом с Кневри, а сам встал напротив.

— Сейчас я буду задавать вам вопросы. Обо всем подряд, без разбора. Вы, господин хороший, можете продолжать молчать, если желаете, но ты, Лаис, будешь выдавать мне первую же ассоциацию, которая придет тебе после этого в голову. Первую, не раздумывая!

— Поняла. Я только сначала добавлю немного, — закинула та в рот еще парочку кристаллов. — Да, теперь спрашивай!

— Связь Кневри с Насагонтом?

— Измененные.

— А с рудниками?

— Посредник.

— Эрдари?

— Срочно! Очень срочно, мы теряем время!

— С-сука! — это было первое слово, сказанное Кневри в допросной: он наконец сообразил, кто перед ним.

— Можно и так, — равнодушно покосилась на него Лаис, не дав Ретену вмешаться. — Но чаще просто ищейка.

Обозлившийся господин явно хотел высказаться еще, но глянул на ресса, за секунду преобразившегося в одного из тех самых Ретенауи, что когда-то резали лордов пачками, и заткнулся. Он в ответ очень убедительно кивнул:

— Правильно. Не хочешь лишиться языка — придерживай его. — И снова вернулся к прежнему, предельно сосредоточенному тону, — Итак, продолжим: генерал Сорвени?

— Смерть.

— Сонресорм?

— Переворот. И опять срочно!..

Пару минут спустя этот своеобразный допрос закончился, Лаис бережно проводили в кабинет Ретена и передали отпаивать чаем ординарцу, а сам глава департамента развил бешеную деятельность, рассылая депеши, телеграммы и фельдъегерей по всей ночной столице.

Итогом устроенного переполоха стала весьма занятная компания, собравшаяся перед рассветом на летном поле военного министерства, встречать которую вышел лично Сорвени — с красными от недосыпа глазами и сорванным от матюков голосом:

— Ретенауи, так вы для этого заставили министерский совет фактически передать мое ведомство вам в подчинение? Чтобы использовать как личного извозчика?