— Совсем.

— Ага. Ну тогда погоди, блокнотик возьму. Идиомы за ним записывать.

— Блокнотик может пригодиться мне, — странно, но торопить его Ретен явно не собирался, давая возможность чуть прийти в себя. — А ты и без того все в точности запомнишь.

— Не, все равно возьму. Если там и правда задница, боюсь, с потоком красноречия генерала не справится даже моя память.

— Шагай давай. — Красавчик огрел его по спине и вдруг улыбнулся — удивительно искренне. — Чтобы ты — да с чем-то не справился?..

И Пепел шагнул, потому что вдруг отпустило. Поверил: он и вправду справится. А они и вправду успели. Или, по крайней мере, прошляпили еще не совсем всё.

* * *

Просвещали их насчет здешнего положения дел лаконично и толково, потому что взялся за это сам Сорвени с его армейским подходом. Получилось пусть и несколько… солоновато, но зато образно и доступно. Впрочем, одну скользкую тему генерал все-таки старательно обошел. Очень старательно. Даже не глядя в сторону этой темы, устало примостившейся на стуле в углу.

Винить его Эрдари не мог — порванная фотография все еще очень красноречиво лежала на тумбочке — письмо от Олли все-таки дошло, с ним они не успели. И видела его явно не только Рин. Но Ретенау и тут оказался на высоте, крайне вовремя подоспев Пеплу на помощь. Чтобы закрыть тему, хватило пары его фраз:

— Равеслаута пытались грязно перевербовать, но в итоге, наоборот, лишились своего агента — тот теперь наш.

— Медовая ловушка? — понимающе прищурилась на обрывки фотокарточки госпожа Шарот.

— На этого-то? Меду они еще там у себя не напасли на такую пчелу. Нет, просто грязная подстава. — Ресс проследил за направлением бабушкиного взгляда и припечатал. — Это же очевидно. Видите ее лицо и то, куда она смотрит? И как? Странно, что кто-то мог принять подобный водевиль за чистую монету.

— Вот и ладно, считай, разобрались. — Генерал смахнул клочки в кювету с использованной перевязкой. — Даже уши никому обрывать не пришлось.

И продолжил просвещать их на тему местных новостей, кажется, уже гораздо спокойнее.

Госпожа Шарот в это время заботилась о других нуждах не спавшей всю ночь компании, заваривая чай, выставляя джем и открывая большущую коробку с печеньем, которая тут же словно сама собой перекочевала ближе к Пеплу. Из госпитальной палаты до приезда гостей уйти не успел никто, даже Литси, которую Фаэлин чуть ли не силой выпроваживала в свою комнату спать, но не добилась ничего. Саму ее тоже хотели отправить наверх, и ровно с тем же результатом. В итоге проще оказалось сделать вид, что так оно и должно быть, и не отвлекаться больше на мелочи.