Пепел даже не дернулся, и Вусли, не получив ожидаемой реакции, поскучнел, закончив почти равнодушно:

— Так что дар у нее есть, просто он скорей для борделя.

А вот о последнем тот помянул зря, Пеплу вдруг резко надоел этот разговор и он решил: с него хватит. Информации в том числе. И немедленно вышиб из своей башки мягкие, почти незаметные… нити, наверное? Которые Олифауэлл начал запускать туда уже давно. Эрдари их чуял, но не особо боялся — слишком слабые. Пока их немного, порвать ничего не стоит, разок уже проверял — как раз на вокзале. А давать душке Олли возможности напустить побольше он не собирался, потому что с самого начала знал зачем ему заговаривают зубы. Но предпочел сперва немного послушать: вдруг что интересное всплывет? И не ошибся, всплыло. Вот, значит, какой дар у Деллы.

Ну если так, выкрутится девочка — в полиции-то в основном мужики сидят — и хотя бы этим голову себе теперь можно не забивать.

— Умный. — Вусли, зашипел от боли: Пеплова атака ему точно не понравилась. Но лезть за платком, чтобы унять закапавшую из носа кровь, не рискнул.

— Сомневался, что ли? Я думал, еще на том вокзале все понял.

Пепел чуть встряхнул рукой, позволяя ножику из рукава незаметно скользнуть в пальцы и уже собираясь закончить этот спектакль раз и навсегда, но вдруг замер, прислушиваясь, и резко передумал. Нет, не сейчас. Стоит чуток погодить, не все еще выяснили.

— Кстати, а письмо сюда ты зачем отправил?

Вусли скривился, но ответил, причем начав издалека — видать все еще рассчитывал его отвлечь:

— Знаешь, я, когда слышал от рессов все эти «моя женщина», был уверен, что там одна лишь полная блажь. А если не блажь… Тогда их только пожалеть и остается.

— А потом встретил Рин, — кивнул Пепел. — Понимаю.

— Не сомневаюсь, уж ты-то понимаешь лучше других. И потому никогда ее и не получишь! Кто угодно, но не ты!!!

— Поэтому ты и отправил ей ту… почту?

— Разумеется.

— А чего так поторопился? Не дождался даже, пока мы с Фирмиллитом договоримся. Или не договоримся.

— Погоди, — вдруг встрепенулся тот. — А откуда ты знаешь про письмо?

— Видел.

— То есть и она тоже…

— Да.

— Так, — Олли подобрался, — я правильно понимаю, что к ней ты меня не пропустишь даже ради ее блага?

— Ты нормальный? — искренне удивился Пепел. — Спрашивать такое?

— Почему нет? Тебе там ничего не светит, понял? Ей теперь только я нужен. Только я, понял? Всегда. А к себе ты даже равнодушия больше не дождешься! Только ненависть, понял? За то, что предал! Когда ей больше всего нужна была твоя помощь.

— Предал?

— Развлекался на стороне. С моей невестой, между прочим. Так что меня тоже нужно пожалеть. Очень пожалеть. А там и…