— А кто еще? Вы ворота открывать будете? И занесите вещи внутрь, наконец.

Пять минут спустя, решив все вопросы с формальностями и выйдя из караульни с другой стороны — в крепостной двор, бабушка продолжила распоряжаться уже компаньонкой:

— Норин, девочка, ты пока прогуляйся тут немного, а я навещу коменданта этой богадельни. Полагаю, ближайшие минут двадцать нам с ним будет о чем поговорить.

— Поняла, — откликнулась она и, проводив пожилую леди взглядом, завернула за угол ближайшего здания, похожего на казарму.

— Сарош! — Первым же, на кого она там наткнулась, оказался Красавчик — младший брат Лаис и пятый ресс Ретенауи. Впрочем, насчет последнего в курсе до сих пор мало кто был. — Боги, ну как ты это делаешь, а? Все хорошеешь и хорошеешь, хотя тебе-то оно зачем? Ты ж не девица на выданье?

— Форма мне идет, ага, — улыбнулся тот совершенно неотразимо — так, как умел лишь он. И поправил новенькие лейтенантские погоны на голубом, в цвет глаз, кителе. А потом махнул рукой себе за спину: — Лазарет у нас вон там. Видишь красную крышу?

— Которая рядом с башней?

— Ага. Фаэлин тебя там уже заждалась. — И, по-братски чмокнув девушку в щечку, снова заспешил по каким-то неотложным гарнизонным делам: — Вечером увидимся!

Госпиталь нашелся быстро и ровно там, где сказали. А на пороге сразу нашлась и ресса — в медицинском переднике, обтягивающем маленький, но уже заметно выпирающий живот.

— Боги, Фэл! — обняла ее Рин, стараясь делать это осторожно. — Как же я соскучилась! А твой маленький? В порядке?

— Конечно, — с гордостью кивнула та. — Не зря же говорят, что женщины Фаон хорошо рожают.

И вдруг нахмурилась каким-то своим мыслям:

— Рожают, да…

— Тоже знаешь уже? — мигом сообразила она, в чем тут дело. — О той истории тридцатилетней давности?

— Двадцать семь, — поправила ее ресса. — Это случилось двадцать семь лет назад. Отец рассказывал. Очень подробно, потому что сам искал тогда наших женщин.

— Фэл, ну много же лет прошло, и эти двое пропавших… — Рин попыталась ее утешить, но вышло, увы, наоборот:

— Да какая разница, сколько лет там прошло⁈ — зло сверкнули на нее глазами. — К тому же пропавших тогда было не двое, а трое: одна из тех женщин была беременна.

— Что-о⁈ — Вот этого Рин не знала. — Они… Они тебе родня?

— Они Фаоны — мы все друг другу родня. Так что да, но не близкая.

И, перехватив еще один вопросительный взгляд — на большее Рин сейчас не рискнула бы, все-таки пояснила:

— Троюродный вроде… да, точно, троюродный дядя. Его семья. Жена как раз носила второго ребенка, прочили опять дочь. А старшую везли выдавать за Дардарри…