— Молодец, девочка, справилась. — Госпожа Шарот приобняла стоявшую над больным Фаэлин за талию. — Лучше бы не сделала даже твой декан.

— Да, — не стала та спорить, — но ресса Эрселин нам бы сегодня точно не помешала.

— Помешала.

— А⁈ — похоже, кое-кто решил, что ослышался.

— Помешала бы, говорю, — ничуть не смутилась бабушка. — Тебе. Чувствовать себя наконец настоящим медиком, а не девочкой на подхвате.

— Ну разве что с этой точки зрения, — устало хмыкнула Фэл.

— Не волнуйся, ты и в самом деле прекрасно сработала, теперь только ждать.

— Да, — взбодрилась-таки ресса, — теперь только время…

И вдруг примолкла, глядя на девчонку, совсем недавно делавшую все наравне с остальными: смывавшую кровь и грязь, таскавшую, что велели, ворочавшую, куда сказали… Но сейчас, когда все возможное и невозможное уже было сделано, та пристроилась в кресле возле кровати отца и задремала от навалившейся усталости. Лицо расслабилось, губы, сжатые раньше в упрямую складку, чуть приоткрылись, рыжеватые пушистые пряди выбились из-под тугой косынки, и стало понятно, что она действительно совсем ребенок. Плюс проступило вдруг в этом лице еще что-то, что показалось странным. И не только рессе — Рин тоже уставилась на дочку Штанзи, в свою очередь уловив неуместность здесь именно этих черт, но не понимая, в чем именно дело. Чувствуя себя совсем запутавшейся, она хотела было шагнуть ближе, но была остановлена:

— Пусть спит. — Госпожа Шарот обняла за талию и ее тоже, ненавязчиво придерживая теперь уже обеих. — Славная девчушка.

— Славная, — охотно подтвердила Фаэлин, продолжая приглядываться. Но потом устало тряхнула головой и отвернулась, похоже, так ничего для себя и не решив. — Ладно, думаю, нам всем стоит отдохнуть. Сейчас позову кого-нибудь, пусть пока присмотрят…

— Я присмотрю, не волнуйся. — Бабушка Шарот, как ни странно, в самом деле выглядела вполне бодро. — И за ним, и за ней тоже. А там кто первый проснется — тот меня потом и сменит.

— Договорились, — ресса без споров двинулась наверх, к спальням, потянув за собой Рин: — Пошли. Сейчас нам и правда стоит выспаться, самое плохое для него будет ночью. Ну и для нас, значит, тоже.

— Да, конечно, — осторожно высвободила она руку. — Но я чуть позже, ладно? Пойду все-таки гляну сначала, что там с подъемником. Заодно расскажу остальным, как он: тоже ведь волнуются.

Но когда Рин добралась до рухнувшего механизма, никого там уже не было. Она удивилась, конечно, но все равно полезла его осматривать — как и намечала. Еще и порадовалась, что никто не мешает и под руку не лезет.