Отдыхая в купе, я вспомнил о письме барона к его старому приятелю, на конверте написано «Кириллу Афанасьевичу Вадбольскому от Василия Игнатьевича Вадбольского», хотя в таком случае естественной бы смотрелась приписка перед именем вроде «от его друга» или «от его брата», пусть даже «родственника», но Василий Игнатьевич почему-то написал так, как написал.

Я влез в зеттафлопную память, по старой привычке считаю что во Всемирную Сеть, хотя связь прервана, отыскал строчку «Вадбольские» и охнул. Вадбольских вообще-то тысячи, если не десятки тысяч, это древнейший княжеский род, ведут родословную от Рюриковичей, а ещё и от Гедиминовичей, у них было своё Вадбольское княжество, владели огромными землями по всей Руси и за её пределами.

Сам по себе род существует и в мое время, среди Вадбольских есть и создатели суперкомпьютеров и космопланов, их гаплогруппа N-L550* (L1025-). Не знаю, что это значит, только и понял, что это чистая линия Мономашичей, а линия Василия Игнатьевича идет по прямой от великого князя Владимира, крестившего Русь. Князья Вадбольские яростно сражались в Куликовскую, покрыли себя доблестью во всех войнах Руси, а затем и Российской Империи, в Гражданскую воевали за белых и за красных, сражались в рядах Красной Армии с немецко-фашистскими захватчиками…

Я перевел дыхание, перемахнул через пару сот страниц убористого текста, отыскал именно Вадбольского Василия Игнатьевича, что родился, учился, воевал, затем почему-то впал в жестокую опалу, получил запрет возвращаться в столицу и с тех пор два десятилетия не покидал имения в Сибири…

— Понятно, — пробормотал я тихо. — Так что Кирилл Афанасьевич даже не вода на десятом киселе, а такой же родственник, как все мы друг другу родня, если копнуть до бутылочного горлышка и митохондриальной Евы.

Иван поднял голову.

— Барин?

Я пояснил:

— Надеюсь, Василий Игнатьевич не просит сверхдальнего родственника принять меня под своё крыло.

Он спросил в недоумении:

— А что плохого?

Я пояснил как можно доступнее:

— Это же принять и все те правила и условности, по которым живут в столице! А их столько, что человек там не человек, а тля шестиногая. Или у тли восемь, как у паука?.. Нет, всё-таки шесть, отлегло, всё правильно, а то уж подумал, что Аристотель не ошибся. Никакой свободы личности и демократических прав.

Он покачал головой, в глазах осуждение.

— Больно вы капризный, барин. Баловали вас много.

— Это да, — согласился я, — придется выстаивать. Потому нужно быть крепче, а то и ещё крепчее.

Он вздыхал, я лег и закрыл глаза. Во сне усиление организма идет быстрее, кости уже перестали утолщаться, теперь отыскиваю пути, как сделать прочнее, чтобы вроде бы кости, но типа из титана, а сухожилия прочнее стальных канатов. Да и мышцы укрепить, а то при нагрузках могут оторваться от кости. Нельзя укреплять кости, а про связки забыть…