Когда-то, когда она, сидя в одиночной комнате, лишь украдкой мечтала узнать, что такое настоящая любовь, ей казалось, что в этом прекрасном чувстве заключены все на свете радости мира. Она и подумать не могла, что у любви есть и другая менее радужная сторона — тревога о том, кого любишь, ноющая тоска, от которой буквально сжимается все внутри, когда объект твоего обожания находится далеко, ревность…

Танцуя с Зэном, Элис никак не могла отделаться от мысли, что точно так же Лион будет танцевать на балу с Марго, сжимая в объятиях, чувствуя на щеке ее дыхание. От этого становилось трудно дышать, и ведьма торопилась напомнить себе, что вообще-то это леди Маргарет — официальная невеста Лиона, в то время, как ей отведена роль разлучницы. Однако даже этот факт не мог унять разгорающийся в сердце огонь.

Накануне бала тревога сделалась совсем уж невыносимой и господин Фернандо, видя состояние любимой ученицы, отпустил ее с занятия пораньше, уверенно заявив, что она и без тренировок знает каждое движение назубок.

Не дожидаясь новой порции острот от Зэна, Элис поспешила на свежий воздух. Было лишь одно место, где ее сердце обретало некое подобие покоя. Она сама его создала, и теперь в отсутствие людей, по которым она скучала, часто приходила сюда в одиночку.

Торопливо шагая к розарию госпожи Жозефины, Элис не удержалась, сделала небольшой круг, чтобы пройти мимо тренировочного поля. Едва пыльный круг показался между деревьев, ведьма почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног — Лион был там. В окружении верных рыцарей, он сражался на мечах с командиром личного герцогского отряда, среброволосым сэром Регаром.

Судя по слипшимся от пота волосам и приставшей к телу мокрой рубашке, разминка шла не первый час. Почему же тогда он не заглянул к ней перед тренировкой хоть на минутку?

«Он ведь встает в четыре», — вспомнила она. — «Наверняка, просто не захотел будить». Такое объяснение ее вполне устроило, но где-то на краю сознания все-таки притаилась тень сомнения. А вдруг он просто не захотел? Или за время, что они не виделись, забыл о своей Элис?

— О, богиня! Твое лицо как открытая книга! Как будто он смог бы разлюбить тебя! — голос Зэна заставил Элис дернуться от неожиданности и недовольно нахмуриться.

Она торопливо оглянулась, ища глазами Кимото, который обычно ходил следом за непутевым товарищем, сглаживая острые углы его буйного характера. Однако нигде поблизости его не обнаружилось.

— Ким у герцога, — ухмыльнувшись, проговорил Зэн. — Так что никто тебя от меня не спасет!

Элис лишь презрительно хмыкнула и вновь отвернулась полюбоваться Лионом, но, к ее огорчению, его уже не было на поле. Либо закончил тренировку и ушел переодеваться, либо решил сменить оружие. Элис надеялась, что Зэн, обидевшись на такое явное невнимание, уйдет, однако тот не двинулся с места, застыв рядом со скрещенными на груди руками.