Зэн в роли советчика вызвал у Лиона новую вспышку раздражения. Кого он из себя строит? Захотелось схватить наглого отступника, взявшегося изображать всезнайку, и хорошенько ему вмазать. Перед глазами полыхнуло красным.
— Не позволяйте эмоциям брать верх над рассудком! — сквозь шум в ушах расслышал Лион.
Но внутри уже пылала ярость, сплетенная из всей несправедливости его жизни. Он ведь так старался! Старался защитить Элис, оградить Марго от отца-тирана, угодить своему, став идеальным советником короля, образчиком благородства и справедливости… Он всегда все делал правильно и по совести, так почему?! Почему ничего не получалось? Все, к чему он прикасался — ломалось, рассыпаясь в руках миллионом песчинок. Все, чего он желал, ускользало прямо из-под носа. Неужели он так и останется дураком, мечтающим дотянуться до недосягаемого?
Вырвавшийся из груди крик походил на вой раненного зверя. Собственный голос вернул осознание реальности, и застилающая глаза красная пелена рассеялась. Лион с удивлением обнаружил себя сидящим на поваленном отступнике с занесенным для удара кулаком. Зэн просто зажмурился, словно бы смирившись с участью быть побитым ни за что.
Тяжело дыша, Лион опустил руку и тихонько тыкнул кулаком в плечо отступника.
— Какое благородство, — хрипло выдохнул Лион. — Неужели правда позволил бы мне себя ударить?
Он поднялся на ноги и протянул Зэну руку. Тот, приоткрыл один глаз и, облегченно выдохнув, воспользовался помощью.
— Ну, один раз — не страшно, — заверил Зэн, обтряхивая одежду. — Тем более что я планировал взять реванш сразу, как вас отпустит.
— Знаешь, заканчивай с вот этой философией одного раза, — посоветовал Лион, оглядываясь по сторонам. — Там сам не заметишь, как втянешься. Будешь потом за рыцарями бегать и умолять тебе врезать.
— Говорите так, будто вам это знакомо, — участливо вздохнул Зэн, но одного гневного взгляда Лиона хватило, чтобы он поднял руки в примирительном жесте. — Все-все, молчу. Пошутил я. Вам не стоит волноваться: ваши эмоции сейчас ничем не лучше, чем у женщины в неудобный период месяца. Не смотрите на меня так! По себе знаю!
Лион не ответил. Потому что только обретенное подобие спокойствия напомнило о другой важной задаче.
— Выходи! — громко проговорил он. — Тебе все равно не выбраться отсюда.
Лион сунул руку в карман брюк и извлек оба письма, оставленных Элис перед побегом. Завернутый в платок локон устроился у сердца в потайном нагрудном кармане одолженной Зэном рубашки. Брюки он тоже позаимствовал у отступника. У него же отыскал свой меч, оставленный на поле боя. Зэн очень кстати под шумок умыкнул его «на хранение».