— Почему ты вообще решил, что ей нужно твое позволение, чтобы уйти? — ее голос звучал мелодичным переливом, от кожи исходил едва заметный свет. Тени сторонились ее, предпочитая разбегаться по сторонам. — Зачем ты пришел, маленький грубиян?

— Забрать Элис. Ее здесь быть не должно, — ответил Лион. Он уже догадался, кто перед ним. В конце концов изображавшие ее статуи почти не отличались от оригинала.

— Предложил мне самой спуститься на землю, чтобы защитить своих любимых детей, — задумчиво проговорила она. — Но как же я могу оставить это место без присмотра? Стоит мне отвлечься хоть на минуту — и тени выходят из-под контроля, желают уничтожить созданный мной мир… Упрямые ревнивицы!

— Где она? — перебил Лион. Будничные рассуждения богини о тенях и защите мира совершенно не впечатлили. — Карл сказал, что тебе хватит жизни Азефа, так что, пожалуйста, верни мне Элис.

— Карл-Карл, — усмехнулась богиня. — Такой же упрямый, как моя непокорная дочь… Как все мои дочери. Других у меня и не было… И Карл ничего не говорил про Азефа. Он сказал, что я забрала две жизни вместо одной. И был прав.

Богиня загадочно улыбалась и будто бы ждала от Лиона какой-то реакции, но все, о чем он мог думать — получится ли отобрать Элис у самой богини.

— Жуткий тугодум, — так и не дождавшись ответа Лиона, покачала головой она. — Хотя, должно быть, это нормально для влюбленного мужчины. Честно говоря, я совсем забыла, каково это — быть человеком.

Богиня взмахнула рукой — запястье Лиона оплела серебристая нить, второй конец которой терялся в тенях впереди.

— Ступай и забери отсюда мою смелую девочку. Я хочу видеть ее счастливой.

Развернувшись, богиня шагнула в тень. Живые клочки тумана обволокли женственные изгибы ее тела, запутались в волосах, будто хотели, чтобы она и вовсе в них растворилась. Еще миг — и она действительно пропала, оставив после себя лишь переливающуюся золотом дымку.

Нить на запястье едва заметно натянулась, и Лион перевел взгляд на серебристый артефакт. В сердце шевельнулась надежда. Вряд ли богиня обманула его — должно быть нить приведет его к Элис. Больше не теряя времени на сомнения, Лион торопливо зашагал вперед.

Чем дальше он заходил, тем светлее делалось вокруг. И когда очередная тень развеялась, стоило ему к ней приблизиться…

— Элис! — вне себя от волнения воскликнул Лион и бросился к зависшей в воздухе хрупкой фигурке.

Второй конец нити тянулся к простому браслету на тонком запястье с одним-единственным голубым камнем…

Лион не помнил, как преодолел разделявшее их расстояние. Ясность мыслей вернулась, когда он прижал к себе хрупкое тело, едва сдерживаясь, чтобы не раздушить ее в объятиях. Ее волосы больше не сияли серебром, вновь превратившись в огненные всполохи. Она пахла летом. Ни с чем не сравнимый аромат, без которого теперь Лион совершенно не представлял своей жизни.