Вигдис. — Надеюсь, ты из тех, кто держит свое слово, ярл. Позволь же мне сделать тебе подарок. — Подарок? — Я искренне удивился. — Разве время сейчас для подарков? — Завтра может быть уже поздно. — Вигдис засунула руку за отворот куртки и вытащила небольшой сверток. — Мне неизвестно, что это такое и откуда взялось. Отец всюду носил его с собой, но оставил мне, отправляясь в Фолькьерк. Может, он и рассказывал что-то моим братьям, но я знаю немногое. Железо альвов хранит древнее колдовство. Отец говорил, что могучий воин с ним станет еще сильнее, но в руках труса и глупца оно не задержится. Железо альвов? Какой-нибудь кинжал?.. Нет, вряд ли — сверток в руках Вигдис слишком маленький даже для крохотного ножика. Амулет? Кольцо?.. — Прими мой дар, ярл. — Вигдис склонила голову и развернула ткань. — И пусть он выглядит скромно — мой отец не стал бы ценить безделушку больше, чем все золото Альвсбуна. Охотно верю. Даже несмотря на то, что подарок Вигдис действительно не выглядит чем-то стоящим. Обычный кусочек серебристого металла размером чуть больше ее ладони, неровно обломанный по краям. И остро отточенный с одной стороны. Получен новый предмет! «Обломок Светоча» Тип: талисман Класс: АБСОЛЮТНЫЙ Особые свойства: +1 ко всем основным характеристикам. Вам в руки попал осколок меча, выкованного до начала времен. Один только Вестар — бывший тэн Альвсбуна — знал, сколько лет этот кусочек древнего металла передавался в его семье из поколения в поколение. И одним богам известно, почему он оставил его дома, хотя до этого всегда носил с собой. Тэн Вестар забрал свою тайну в могилу, а его дочь, Вигдис Рыжая, решила отдать осколок вам. Вот это поворот событий! Я едва удержался, чтобы не выхватить у Вигдис бесценное сокровище. Если бы она знала, с чем расставалась… Впрочем, как раз ей об этом знать уж точно излишне. — Благодарю тебя, Рыжая. — Я поклонился в ответ, осторожно забирая осколок «Светоча» из ее рук. — Кто-нибудь еще знает, что отец оставил железо альвов тебе? — Никто из тех, кто еще не отправился пировать с эйнхериями, — вздохнула Вигдис. — Отец показывал его только мне и братьям. И велел не говорить никому — ни Кае, ни хускарлам, ни даже матери. — Мудрое решение, — кивнул я. — Признаться, я рада, что это теперь у тебя. — Вигдис поежилась и поплотнее запахнула куртку. — Я носила железо альвов у самого сердца — но оно ничуть не нагрелось. До сих пор холодное, как будто тысячу лет пролежало в Йотунхейме. Может, и в Йотунхейме… Одним богам — и, может быть, еще Романову