Глава 11
— Весло. Спускаться по трехметровому куску дерева оказалось куда проще, чем подниматься. Хотя бы потому, что я исполнял что-то подобное уже во второй раз. Четыре широких шага, прыжок — и я на берегу. — Я бы не стал верить Ульфриксону, — проворчал Хроки. — Он заманивает тебя в ловушку. — За стены я пойду только с вами. Но на берег он вышел один, и я тоже не стану прятаться за чужими щитами. Но если он задумал какую-нибудь хитрость, — я сомкнул пальцы на рукояти «Звезды», — я смогу за себя постоять. Вагни мне не страшен. — Да сохранит тебя Тор-защитник. — Хроки покачал головой. — Будь осторожен. Вагни не самый сильный среди братьев Ульфриксонов, но он хитер. Не поворачивайся к нему спиной, мой тэн. Вот этого делать я уж точно не собираюсь. Не знаю, на что Вагни рассчитывал, встречая мой драккар в одиночку, но сейчас от него можно ожидать любого выкрутаса. И все же стоит рискнуть. Иной раз куда проще договориться без свидетелей — и именно поэтому я оставил свой корабль в паре сотен шагов от стен Эльгода и зашагал по камням к последнему оставшемуся в живых Ульфриксону. Он, похоже, разглядел меня и двинулся навстречу. Хорошо — на таком расстоянии, да еще и рядом с ним, можно не опасаться стрелы из-за частокола. И плохо — Вагни облачился в доспехи и взял щит, а его меч перекочевал из ножен в правую руку. Младший Ульфриксон готовился драться. А я нет. Вместе с Гудредом у меня точно хватит сил захватить и разграбить Эльгод, но я пришел сюда не за этим. И если Вагни окажется не таким упертым, как его старшие родственники, на этот раз обойдется без крови. — Здравствуй, Вагни, сын Ульфрика, — произнес я, останавливаясь. — Боги не дали тебе силы братьев, но ты куда мудрее их обоих. Ты помог мне в бою, и я сдержу свое слово и не трону ни тебя, ни твой дом. — Мне не нужна твоя жалость, склаф. — Вагни замедлил шаг. — Ты забрал корабль моего брата. Но что же стало с ним самим? — Мы с Ормом встретились в поединке, и боги отдали победу мне, — ответил я. — Твой брат погиб, а его люди теперь служат Фолькьерку. — Мои братья мертвы. Я опозорил свое имя трусостью и предательством. Даже безусые юнцы плюют мне вслед, и никто из них не пошел за мной, чтобы встретить твоих хирдманнов в бою. — Вагни поднял меч. — Подходи же, склаф. И пусть боги решат, кому из нас жить, а кому умереть. Ох уж эта нордическая честь… Судя по побледневшему лицу и подрагивающим рукам, Вагни и не надеялся победить меня в схватке. Просто не видел иного выхода, кроме как героически самоубиться об мой меч и смыть