только одно: зачем тебе «Светоч» и с чего ты взяла, что я его тебе отдам. — Отдашь. — Катя подошла чуть ближе. — Ты не знаешь, что это такое, а я знаю. Он тебе не нужен. — А тебе нужен? — Не мне. — Она помотала головой. — Тому, кто знает, что с ним делать. Нельзя, чтобы «Светоч» попал не в те руки. Замечательно. Впрочем, я уже почти не удивился. Все тайны «Гардарики» неизменно тянулись к обломку древнего меча, который я стащил из гробницы конунга Ульва Рагнарсона — и тайна монахини Катарины не оказалась исключением. Выходит, уважаемый Викин дядюшка все-таки мне наврал? Или?.. — Антон, прошу тебя. — Катя уже не требовала — почти умоляла. — Ты понятия не имеешь, что такое «Светоч». Для тебя это просто набор пикселей и циферок. — Здесь все просто набор пикселей, — съехидничал я, обводя руками круг. — Барекстад. Мы с тобой. И Мигель. Помнишь такого? Он — тоже циферки? — Да чего ты упираешься⁈ — Катя тоже понемногу начинала терять терпение. — Я ведь знаю, зачем ты здесь. Тебе нужны деньги? Я заплачу за «Светоч» куда больше, чем тебе обещали. И еще одно подтверждение, что чуйка меня не обманула. Деньги? Безусловно, хорошая штука. Но к чему дергаться? Конечно, меня можно банально убить, а потом забрать «Светоч» с трупа — почти наверняка местная механика так или иначе допускает возможность вытрясти из убитого игрока весь лут. И едва ли это окажется так уж сложно… Но что-то подсказывало, что если бы Катя хотела решить вопрос так, сделала бы это уже давно. С ее-то возможностями… Нет, все куда запутаннее. Но пока «Светоч» у меня — я могу ставить свои условия. — Мне не нужны деньги, Кать, — ответил я. — То есть, нужны, но… — А что тебе тогда нужно? — прошептала она, подходя чуть ближе. — Что угодно — только скажи. Еще одно заманчивое предложение… Отличная попытка, Катя. Но нет. — Для начала — ответы. Я взял ее за плечи и тряхнул. Легонько — и все же вполне достаточно, чтобы с ее головы свалился капюшон. Теперь я хотя бы мог видеть ее глаза. Встревоженные, решительные… и удивленные. — Ответы, Кать, — повторил я. — Желательно все. От тебя или от того… достойного. — Ты не знаешь, о чем просишь, Антон. — Катя вздохнула и осторожно освободилась из моей хватки. — Некоторых вещей лучше не знать. — Это мое дело. — Я чуть наклонился к ней. — И мне решать. Я не обязан отдавать тебе что-то, даже не разобравшись. И не собираюсь. А если разберусь — отдам? На мгновение я сам удивился собственным мыслям — и Катя, похоже, подумала о том же самом. — Ладно. — Она отступила на шаг и накинула