Ждали меня — и палить начали даже раньше, чем «Варяг» свернул с дороги в сторону реки. Расстояние было еще изрядным, так что я видел только вспышки выстрелов в темноте и как передо мной распускаются новые цветки трещин. Они покрывали лобовое стекло уже чуть ли не целиком, и обзор с каждым мгновением становился все хуже. Впрочем, пока хватало и фонарей: я нацелил капот между ярких точек и снова бросил машину вперед.
Отчаянно надеясь, что солдатам с пурпурными погонами, жандармам и простым городовым — уж не знаю, кто именно прятался за полицейским авто — хватило ума и осторожности убраться с дороги прежде, чем мы столкнулись. «Варяг» ударил бронированной мордой, и легковушку буквально подбросило в воздух и швырнуло с моста в реку прямо сквозь ограду. Но и мне пришлось несладко: локти и плечи тут же недовольно заныли, грудь едва не впечатало в рулевое колесо, а стрелка спидометра тоскливо свалилась с отметки в пятьдесят километров в час до двадцати с небольшим.
Но грузовику хватило и этого. Сквозь покрытое трещинами стекло я увидел темную фигуру, сиганувшую с капота, и снова раздался удар и стон сминаемого железа. Бампер «Варяга» буквально разорвал машину надвое, сдвинул кабину в сторону, а кузов повалил набок и с грохотом впечатал в ограду. Уцелей после такого хоть одно зеркало, я непременно понаблюдал бы, как солдаты беспорядочно палят вслед, пытаясь нащупать в броне хоть одно уязвимое место.
Но инженеры «Руссо-Балта» постарались на совесть. Пули отскакивали от толстого металла, и даже стекла пока еще держались, хоть и состояли из одной сплошной трещины. Проковырять их насквозь смогла бы разве что игрушка калибром посерьезнее винтовки или пистолета.
Или Талант. Даже после аристократических разборок и чисток, которые лже-Геловани устроил по обе стороны баррикад Государственного совета, в столице все еще оставалось достаточно Владеющих высшего ранга. И у кого-нибудь в арсенале наверняка окажется родовая способность, перед которой не устоит даже стальная броня.
Я скорее почувствовал, чем смог просчитать, что погоня близится к своему логическому завершению. Чужое присутствие сначала возникло где-то на самой границе досягаемости моего «радара», потом приблизилось, а после этого и вовсе сократило разделявшее нас расстояние примерно вдвое. Мгновенно, рывком — так быстро, что я сначала ощутил мощь чужого Таланта прямо под боком и только потом услышал скрежет шин.
Машина — такая же, как у Дельвига, или просто похожая — опередила «Варяга» справа и метнулась наперерез. Я дернул рулем, однако увернуться все-таки не успел. Воткнулся в хитро подставленный бок остатками бампера, и на Каменноостровский мы с преследователем влетели уже вместе, сцепившись железом. Еще немного, и ему, пожалуй, даже удалось бы остановить «Варяга», но я каким-то чудом пустил шестиколесного великана в занос и, вырвав с мясом чужую дверь, снова оказался на свободе и полетел по проспекту, выжимая из мотора все, что он еще мог дать.