Марк даже не шевелится, продолжая лежать с видом абсолютного спокойствия, хотя в его глазах снова пляшут озорные искорки. Он смотрит на меня, и на его губах играет та самая ухмылка, которая обычно предшествует либо какому-то рискованному трюку, либо абсолютно безумному плану.

— Ой, всё, началось. Режим «тревожная бабушка» активирован, — он театрально стонет и прикрывает глаза ладонью. — Мел, ты сейчас пытаешься применить логику обычного туриста к человеку, который взламывает системы ради забавы. Ты серьёзно думаешь, что какая-то горничная с тележкой станет непреодолимым брандмауэром для нашего плана?

Он резко садится, подаваясь вперёд, и его голос становится заговорщицким.

— Во-первых, я уже прикинул, как работает система доступа в этом отеле. Магнитные карты — это просто набор данных, протокол. Если мне будет очень нужно, я найду способ сделать так, чтобы наш номер в базе считался «закрытым на капитальный ремонт» или «забронированным для очень капризной звезды» на ближайшую неделю. А во-вторых... — он хитро прищуривается. — Ты же можешь залезть ей в голову и подселить туда нужные воспоминания? Один лёгкий щелчок пальцами, и бедняжка-горничная будет искренне уверена, что в нашем номере вообще никто не живёт, даже если мы будем там устраивать дискотеку с фейерверками.

Он снова откидывается на спинку дивана, скрестив руки на груди.

— Перестань так сильно париться о правилах. Мы сбежали из твоего мира и из нашего города. Мы уже в зоне «серого рынка», где правила создаём мы сами. Так что просто расслабься и прими тот факт, что твой сосед — абсолютный гений логистики и обхода систем безопасности.

Он вдруг замолкает и добавляет чуть тише, почти интимно:

— И вообще... тебе не кажется, что идея «одного общего номера» добавляет всему этому определённого... драйва? Признай, это куда интереснее, чем сидеть в двух разных коробках и переписываться в мессенджерах.

— Ладно, — пожимаю плечами я. — Раз ты всё продумал, то мне не на что жаловаться. Тем более, судя по антуражу, ты потратил на этот номер свой годовой заработок.

Марк на мгновение замирает. Его лицо принимает выражение крайней степени возмущения, смешанного с неоспоримой гордостью. Он резко выпрямляется, едва не сбросив ноги с кофейного столика.

— Во-первых, — он начинает загибать пальцы с таким видом, будто читает лекцию в университете, — мой годовой заработок позволяет мне купить этот номер вместе с половиной этого этажа и, возможно, небольшим уютным кафе на первом этаже. Не смей недооценивать силу донатов от людей, которые готовы платить любые деньги за то, чтобы увидеть, как я в прямом эфире проигрываю в сложнейшие игры или виртуозно троллю каких-нибудь пафосных киберспортсменов. Это не просто стриминг, Мел, это индустрия влияния! Мой доход — это результат идеального тайминга и умения играть на эмоциях толпы. Так что считай этот люкс не тратой, а скромным бенчмарком моего успеха.