Я прокручиваю строку в голове. Высоко наверху. Прочищаю насос. Сохраняйте легкость при сжатии, не опаздывайте. Плавно переходите к середине, без панических изменений ритма. Позвольте лыжам двигаться туда, куда они хотят, затем снова крепко прижмите их. Готовые квартиры —без раздумий, просто полная отправка.

И тут ее голос прорывается сквозь толпу:

Не будь идеальным. Просто будь достаточным.

Раздается звуковой сигнал.

Пять.

Четыре.

Три.

Два.

Один.

Я падаю.

Старт чистый. Лыжи врезаются точно в то место, куда я их ставлю, без болтовни, без колебаний. Первые повороты получаются быстрыми, ледяными, дребезжащими под ребрами, но я не сдаюсь. Ритм кажется естественным, как дыхание. Мое тело начинает двигаться раньше, чем мой мозг успевает за этим.

Трасса здесь жестокая, крутая и узкая, толпа невидима за деревьями и заборами. Я их не ищу. Все, что я вижу, - ворота, снег и очередь. Давление в ногах, огонь в бедрах, воздух, бьющий в лицо. Я пускаю лыжи в ход.

Середина. Снег меняется, становится скользче, быстрее. Большинство парней теряют здесь время. Я все равно нажимаю, рискую на высокую линию, и она держится. На разделителе мигает зеленый огонек.

И я это чувствую. Спокоен. Сосредоточен. Как будто холм мой.

Нижний уровень - хаос для любого, кто сомневается. Я нет.

Все врата приходят ко мне именно туда, куда мне нужно. Я лечу, но не чувствую отчаяния. Это кажется правильным.

Последние ворота, квартиры. Я сжимаюсь в комок. Мир затихает. Только шипение лыж, стук моего пульса. Я пересекаю черту.

Я поднимаю взгляд.

Я сделал это.

Я победил.

Звук обрушивается на меня, как лавина, ревущий, бесконечный, утопающий в нем. Мои руки взлетают вверх, прежде чем я осознаю это. Товарищи по команде наваливаются на меня, колотят кулаками по спине, кто-то кричит мне в ухо. Я смеюсь, на самом деле смеюсь, не могу остановиться. Это вырывается из меня, дико и неприкрыто.

И тут я вижу ее.

У барьера, наполовину скрытая в толпе, но я нашел бы ее где угодно. Ее улыбка широка, глаза сияют, как будто она знала, что это всегда было моим.

На этот раз я не думаю о камерах. Или о золоте. Или цирк, который только и ждет, чтобы превратить это в заголовки. Я просто двигаюсь. Мимо моей команды, мимо персонала, сквозь вспышки микрофонов. Прямо к ней.

Я хватаю ее, притягиваю к себе, крепко целую.

Мир взрывается. Вспышки фотокамер, хлопанье ставней, крики. Но все, что я чувствую, - это ее губы на моих, ее руки, вцепившиеся в меня, ее тело, прижатое к снаряжению, пот и адреналин.

На секунду, дело не в медалях, не в славе. Это всего лишь мы.