Вернувшись в свою комнату, я медленно распаковываю вещи. Расставляю ручки в ряд. Прикрепляю расписание к стене. Положите блокнот на стол, рядом с нетронутой папкой.

Потом я сажусь на край кровати и смотрю на ледник.

Я познакомлюсь с командой. Я буду улыбаться, я буду кратко излагать, я буду придумывать истории из снега, секунд и звуковых фрагментов, подходящих для спонсоров.

И он будет здесь.

Конечно, он это сделает. Первая гонка сезона, олимпийский год, и вся мужская команда уже зарегистрировалась. Я знал это до того, как собрал вещи. До того, как сел в поезд. До того, как я согласился на эту работу.

Так что никаких сюрпризов. Никаких оправданий.

Когда я увижу его — а я увижу, — я сохраню нейтральное выражение лица и ровный голос. Я кивну, как будто мы никогда не встречались или это ничего не значило, какой бы сценарий ни поддерживал порядок в сцене.

Потому что я пришел сюда не для того, чтобы переиграть одну ночь.

Я пришел сюда, чтобы что-то построить.

Карьера с лишним весом. Имя, которое значит больше, чем позаимствованные учетные данные или красивая строчка в чьей-то заметке.

Он все еще может быть историей. Но я не сноска.

Это я держу ручку.

В комнате пахнет свежим кофе и старым воском. Широкие окна, сосновые панели, температура поднята чуть выше, чем нужно для комфорта. полдюжины голов одновременно поворачиваются в мою сторону, когда я вхожу внутрь.

Я сажусь на свободное место в передней части зала, лицом к группе гонщиков. Они растянулись на стульях, спортивные сумки у их ног, бутылки с водой на полу. Это смесь знакомых лиц из главных событий прошлого сезона: техники слалома, машины GS, чистокровные даунхиллеры. Все выглядят усталыми, загорелыми и, по крайней мере, слегка раздраженными пребыванием в помещении.

Я делаю несколько двойных дублей, когда вхожу. Ничего грубого, просто обычная короткая перепалка, когда женщина входит в комнату, полную мужчин, которые большую часть своих дней проводят в компрессионных шортах и раздевалке.

Я ожидал некоторого легкого любопытства, возможно, обычного "должны ли мы", которое спортсмены приберегают для представителей СМИ. Чего я не ожидал, так это полной апатии. Несколько кивков. Один зевок. Остальные смотрят в свои телефоны с синхронностью лыжной команды.

Думаю, новизна моего существования быстро прошла.

Бреннер выходит вперед, бодрый, как всегда. - Ладно, ребята. В этом году у нас есть запасной вариант. Он указывает на меня, не глядя. "Мисс Бергер будет путешествовать с командой — давать интервью после гонки, общаться со спонсорами, координировать работу СМИ и брендировать команду. В общем, все, что имеет объектив камеры или микрофон, она видит поперек ".