Наконец-то есть что-то, что я могу использовать. Мои пальцы сжимаются на клавиатуре, прежде чем я осознаю это.

- Потрясающе, - говорю я, уже набирая заметки на своем ноутбуке, в голове крутятся идеи.

Он пристально смотрит на меня. Я останавливаюсь и поднимаю глаза.

- Знаешь, я никогда никому не рассказывал, - говорит он, хмурясь. "Прояви хоть какие-то... эмоции".

Я моргаю, внезапно устыдившись. Я киваю, позволяя беспокойству проникнуть в выражение моего лица, медленно заменяя профессиональную отстраненность. Мне нужно немного поиграть. Но только немного. Потому что он раскрывается, и я это уважаю.

"У меня никогда раньше не было серьезных травм”, - продолжает он. “Никаких операций. Долго восстанавливаться не пришлось. Но я видел, как Лукас прошел через это. И другие тоже. Мне было бы не так легко, если бы колено отказало".

—Томас, я...

"Видишь?" он моргает, отгоняя эту мысль. "Подобные разговоры сбивают меня с толку. И скажите мне, полезно ли сосредоточенному гонщику думать о своих слабостях во время подготовки к гонке?"

"Я понимаю", - киваю я. "Работать с этими идеями - моя работа. Не твой.

Я закрываю ноутбук и убираю его в сумку. На улице я вижу парней, которые машут мне. Перерыв окончен.

Мы выходим в тишине.

"Наконец-то у тебя есть возможность побыть наедине?" Мартин мурлычет, как будто рассказывает трейлер.

Лукас даже не сбавляет скорость. - Не частный. Были свидетели.

Мартин ухмыляется. - Как будто это когда-либо останавливало вас обоих.

"Я действительно забочусь об имидже", - говорю я, улыбаясь. "И более того, я забочусь о его имидже. И ваш, между прочим. Поэтому я мог бы назначить встречу с каждым из вас.

"Да, это тяжело", - говорит Томас. "Она будет расспрашивать тебя о твоих слабостях, о твоих детских травмах..."

"Я боюсь снежных котов", - ни с того ни с сего заявляет Нико.

Мы все смотрим. Кажется, что даже ветер стихает.

Лукас с невозмутимым видом: "Господи, Нико". Затем мягче, обращаясь ко мне: "Не используй это".

- Что? Они жуткие, - говорит Нико совершенно серьезно. - А однажды я видел, как один из них переехал парня из моей юниорской команды.

"Что?!"

"Он выжил. Снег был мягким. Нам просто пришлось его откопать. Но иногда мне снятся кошмары, в которых меня переезжает снежный кот.

"Это определенно то, что тебе могло бы пригодиться, Кэт", - говорит Томас.

- Не думаю, что хочу, - отвечаю я.

Это абсурдно, честно и на удивление идеально. И такие моменты, как этот, напоминают мне, почему я люблю этот цирк. Даже когда определенные образы преследуют меня по ночам и заставляют просыпаться разгоряченным и потным.