"Это..." Я прерывисто выдыхаю, нежно беру его руку и отводя ее от своей кожи. - Это самая сексуальная вещь, которую мне кто-либо когда-либо говорил.
Он приподнимает бровь, когда я отпускаю его руку.
- Но, Томас, - тихо говорю я. — Как бы сильно ты меня ни привлекал, как бы сильно я нежелал тебя, я не могу. Мы не можем.
Мое тело уже приняло противоположное решение, наклоняясь ближе, пульс бешено колотится, но у моей карьеры более громкие когти.
-Ты слишком много думаешь, - бормочет он, отводя взгляд. В его глазах мелькает разочарование, возможно, даже гнев.
Что ж. Мужчина злится, когда соблазнение не срабатывает.
-Томас, посмотри на меня, - говорю я, заставляя его встретиться со мной взглядом. Может, я и настолько пьяна, что признаюсь в вещах, которые обычно проглатываю целиком, но ему нужнопонять .
- Я не играю в игры. Я отталкиваю тебя не для того, чтобы быть интересным. Я просто...
- Тогда почему? - спрашивает он прямо. "Почему бы не сделать то, что все вокруг, вероятно, предполагают, что мы уже сделали?"
"Потому что это может разрушить все, над чем я работал".
"Как же так? Множество женщин, работающих со спортсменами-мужчинами, оказываются в чьей-то постели".
-Совершенноверно.
Он молчит. Затем:
"Я имею в виду свидания — почему мы говорим только о сексе? У нас могло бы быть больше".
Его улыбка тускнеет, и на секунду я понимаю: он говорит серьезно, больше, чем, вероятно, следовало бы.
- Нет. Мы не можем.
- Почему бы и нет?
"Тебе нужно гоняться за глобусами", - говорю я со вздохом. "Ты же не хочешь беспорядка в отношениях".
"Это не обязательно должно быть серьезно. Может быть просто весело".
Я слишком пьян для этого разговора. И, честно говоря, у меня заканчиваются причины.
Почемуя борюсь с этим?
Я могла бы заполучить его — хотя бы ненадолго. Интрижка. Тайный роман. Он явно этого хочет.
Но ни одно дело не стоит того, кем я стал бы в глазах лыжного мира.
- Давайте, ребята! Врывается Нико. - Я хотел оставить тебя наедине, но это занимает слишком много времени.
Он подтягивает стул и плюхается между нами, обнимая Томаса.
- Если я сегодня не трахнусь, то и ты тоже, приятель.
- Блондинке не понравился твой французский? Спрашиваю я.
"Она этого не сделала", - стонет он. "А ее парень-бык чуть не откусил мне голову. Так что я остаюсь здесь.
- Спасибо, приятель, - говорит Томас, похлопывая его по спине немного слишком сильно.
- Ты настоящий друг.
Нико подмигивает мне — и я знаю, насколько это правда.
Потому что сегодня вечером его своевременность просто спасла меня от самой себя.