— А полиция? Полиция искала пропавших? — продолжил расспросы англичанин.

— Россия — свободная страна, любой человек, за некоторым исключением, вправе передвигаться по её территории без предварительного уведомления властей.

— Но родные, близкие — неужели они не подняли тревогу?

— Родные и близкие перекрестились и вздохнули с облегчением. Единственно, что их тревожит — не вернутся ли домой пропащие души.

— Бог с ними, с пропащими душами, — Арехин-старший поднял фрагмент карты. — Меня интересует другое: как на египетской карте оказался этот самый Лысый кордон площадью в четыре квадратных версты, это первое, и почему остальные девятнадцать фрагментов не имеют никакого отношения ни к уезду, ни к губернии?

— А вы как думаете, Александр Иванович?

— Если бы я не знал историю этой карты, то прежде всего подумал о мистификации. Собственно, и сейчас я не могу полностью исключить её. Ведь я не был свидетелем передачи карты моему предку, и уж тем более находке её на теле погибшего в Египте учёного.

— Но… — подал реплику Егоров.

— Но те ученые, к которым я обращался, убеждены, что пергаменту не один век, даже не десять. И что это не палимпсест, то есть карта на пергамент была нанесена давно, очень давно.

— Тогда как можно объяснить, что на древней карте нашелся фрагмент нашего уезда — и только он один?

— Не знаю, — ответил Егорову Арехин-старший. — Но догадываюсь. Хотя догадки мои более плод фантазии, и никакой серьёзной критики не выдерживают.

— Всё-таки поделитесь, если не трудно, — предложил Петр Александрович.

— Есть такая теория, даже не теория, а гипотеза, будто египтяне пришли на берега Нила отсюда, из воронежской губернии, которая, конечно, в те далекие времена не была ни губернией, ни воронежской.

— Как пришли? — удивился англичанин.

— Я неточно выразился. Приплыли. По реке Воронеж, затем по Дону, затем по Черному морю, Средиземному… И даже не весь египетский народ целиком, а вожди — жрецы, фараоны. Недаром же именно здесь, в нашем уезде Пётр Великий строил флот для противоборства с Турцией. И топонимы указывают на связь: Воронеж — Черная Земля и Та Кемет — Черная земля.

— Ну, как игра ума, допустимо, — сказал Егоров. — Только ведь это объясняет очень мало. Если масштаб этой карты — полувёрстка или около того, то и на остальных её кусочках должен быть наш уезд, максимум — близлежащие уезды. Возможно, так оно и есть, просто ваш сын не распознал их.

— Последнее легко проверить, — Арехин-старший положил поверх карты девятнадцать карточек-фрагментов. — Я разглядывал их не один вечер, но ничего не нашёл. И потом, не посчитайте это родительским тщеславием, но у сына не только замечательная память, он ещё и находит суть там, где любой, да вот хоть и я, ничего, кроме хаоса, не видит. Но вы смотрите, смотрите…