— Проходите, чего в коридоре торчать?
Княжна вошла и прикрыла дверь. Программер молча надел снаряжение. Достал из ящика стола наган, из шкафа шашку. Настя молча наблюдает за манипуляциями.
— Вы не хотите брать меня с собой, — прозвучал тихий голос.
То ли вопрос, то ли утверждение, Тоха не разобрал. Надо съезжать с темы.
— Много я за столом с этикетом накосячил? — буркнул программер, прилаживая к левому боку шашку.
Настя на мгновение опешила. Тёмно-серые глаза расширились, рот приоткрылся.
— Что сделал⁈
— Ну как это? — попаданец старается не глядеть на девушку. — Дров наломал, ошибок понаделал? — получилось несколько грубовато.
— Нет, не слишком. Странное слово «накосячил». Так ты не хочешь меня с собой брать?
Тоха надел фуражку и, посмотрев на княжну, выдавил улыбку:
— Ну что, идём?
Она улыбнулась:
— Идём.
Вышли из дома. На первый взгляд всё спокойно. На улице уже достаточно много народа. Встречаются и вооружённые солдаты, матросы, рабочие. Эти обычно ходят кучками. Иногда попадаются офицеры. Программер отдавал честь старшим по чину.
Где-то спустя минут пятнадцать, наконец, решившись, согнул правую руку кренделем. Настя улыбнулась:
— Ходить под руку позволено только мужу с женой, помолвленным, либо девице со страшим родственником.
Щёки Тохи снова стали горячими. Настя рассмеялась и взяла его под руку.
— Вы так забавно краснеете и смущаетесь.
Забавно? Что он клоун, что ли?
Княжна легонько коснулась его локтя ладошкой.
— Не обижайся.
Блин! Мысли, что ль читает? Посмотрел на девушку:
— И не думал.
— Я же вижу, — мягко парировала княжна.
Как же всё-таки с ней легко и спокойно! Из неё получилась бы прекрасная жена. Стоп! Стоп! Ты о чём, дятел? Какая жена⁈ Тебе нужно домой возвращаться!
Пока Настя не начала расспросы, Тоха попросил рассказать, что случилось в Питере за последний месяц.
Княжна щебетала, а он, слушая в пол-уха, обратил внимание на большой храм. Во дворе толпа людей разных сословий, шестеро солдат образовали что-то вроде почётного караула. Из глубины двора звучит траурная музыка.
— Что это? — прервал программер, когда девушка стала рассказывать о нехватке хлеба в городе.
— Александро-Невская лавра. Похороны казаков-донцов, погибших при подавлении беспорядка.
— Какого беспорядка? — не понял Тоха.
По словам княжны, в Питере три дня, с третье по пятое июля, творилось хрен знает, что. Ромыч о чём-то таком рассказывал. Нет, он лишь сказал пару слов о беспорядках в Петрограде. Настя осветила подробности. Первого числа прошла офигенная демонстрация с большевистскими лозунгами. Выражали недовольство поражениями на фронте.