— Боюсь, я… вас не совсем понимаю, — пробормотал Василий Фёдорович, — что значит… «прикупить гражданку»?
— Если я правильно поняла, Антон Дмитриевич имеет в виду партикулярное платье, — вступила в разговор Настя. — Да, Антон Дмитриевич?
— Партикулярное? — Тоха недоумённо глянул на княжну.
Та прыснула в кулачок.
— Настя, — укоризненно покачал головой отец.
— Штатский костюм, да? — уже серьёзно спросила девушка, но в тёмно-серых глазах всё ещё пляшут весёлые чертенята.
— А, ну да, — согласился программер.
Тут до него дошёл двойной смысл слов «прикупить гражданку». Блин! Неужели хозяева подумали о… проститутке? Краска опять залила щёки.
— Ах, в этом смысле! — улыбнулся князь. — Тогда, позвольте порекомендовать мастерскую Михацевича. Полагаю, она ещё работает.
— А где это? Я ни разу не был в Питере, в смысле в Петрограде.
— Папочка, — тут же встряла Настя, — разреши, я покажу Антону Дмитриевичу, где это, и себе что-нибудь присмотрю.
— Это опасно. Тем более для молодой девушки.
— Ну папочка, — просительно протянула княжна. — Беспорядки уже закончились. Временное правительство почти ликвидировало Советы и большевиков. Антон Дмитриевич будет меня охранять.
Во даёт девчонка! Круто, конечно, пройтись по бульвару с такой красавицей. Он — в военной форме. Круто! Только, блин, не по революционному же городу! И Настя, наверняка, опять станет задавать дурацкие вопросы. Девочка на редкость любопытна. Не, на фиг!
— Откуда такие познания, милая? — брови Василия Фёдоровича поползли вверх.
Княгиня тоже с недоумением уставилась на дочь.
— Мисс Роуз рассказывала. Она же часто выходит.
Тоха решил вставить и свои пять копеек.
— Анастасия Васильевна, я согласен с вашим отцом. На улицах опасно.
— Ну пожа-а-а-луста, — Настя молитвенно сложила руки перед грудью.
Переводит взгляд с отца на гостя и обратно. Вот сейчас она его сдаст! Мол, сам ведь уговаривал помочь с выбором одежды, а теперь в кусты! Как и все мужики! Так Верка часто говорит.
Не угадал. Ни разу.
— Я помогу Антону Дмитриевичу с выбором. Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — просительно заверещала она, будто не княжна, а обычная девочка.
— Ладно, — уступил Голицын.
Девушка взвизгнула, вскочила и, подбежав, чмокнула отца в щёку.
— Настя! — возмутился Василий Фёдорович.
Но княжна уже вернулась на место и сидит с ровной спинкой, как и подобает аристократке. Абсолютно серьёзна, если б не весёлые черти в глазах.
— Верёвки из меня вьёт, — деланно вздохнул Василий Фёдорович.
Н-да, теперь придётся тащиться с ней. А если не дай Бог, к ним домотается пьяная матросня? Или начнёт дурацкие расспросы?