– К тебе? Да кто ты такой? Она давно уже ноги раздвинула. Сама, между прочим.

– Мразь! – Соджун размахнулся.

Вагон качнулся, когда Филя оттолкнул его. Соджун не удержался на месте и упал. Он почти вывалился из поезда. Рукой, которая была занесена для удара, ухватился за поручень. Все произошло так быстро, что оба не успели осознать случившееся. Поезд замедлил ход и запыхтел на повороте. Шпалы, шпалы, шпалы.

Бывшие друзья смотрели друг на друга. Один сверху, другой снизу.

Пальцы Соджуна медленно разжимались. Филя оскалил зубы: наконец-то этот несносный гордец, ублюдок зависит от него; пусть попросит хоть разок, и тогда можно ему помочь. Походит в должниках.

Поезд преодолел поворот. И, словно желая подтолкнуть обоих к действиям, загудел и резко ускорил ход.

Филе казалось, что это его ноги отстукивают чечетку по шпалам, что это он сейчас упадет на рельсы. Надо немедленно подать ладонь, еще не поздно все исправить, посмеяться над случившимся. Повернулся, чтобы протянуть руку, но увидел лишь одинокие поручни.

В тамбуре весело скакали солнечные лучи, преломляясь от тряски состава. Где противник? Филя онемел от страха. Метнулся вперед, пытаясь понять, куда тот мог деться. Сколько с этим гадом головной боли! Не дай бог, попал под колеса. Черт, черт, черт!

Рельсы изогнулись, опять замедлив ход поезда. Филя выпрыгнул. Встал на ноги и огляделся по сторонам. Никого. Куда делся этот подлец? Что теперь будет? Мысли путались, а ноги еле волокли его по шпалам. Голос друга дразнил: «Маменькин сыночек!», «Жиртрест!», «Жмот!», «Ябеда!», «Филя – простофиля!». Слова доброго не слышал от него за время дружбы. Но что скажут в училище? Мастер сам распределил их на один участок. Вдруг в тюрьму посадят за убийство? Он уже на учете в милиции. Как объяснить своим родителям случившееся? У них в доме, в отличие от соседей, царила тишина. Родители не ругались. Иногда мать пыталась сопротивляться, но отец смотрел на нее исподлобья и молчал, и через некоторое время она приходила в себя и становилась прежней.

Однажды Филя вернулся из школы раньше обычного: его отпустили, потому что он заболел. Дошел до дома кое-как, открыл дверь и остановился. Отец пинал мать и ругался грубыми словами. Филя рванулся вперед, чтобы защитить маму, потом попятился назад. Спрятался в сарае и заплакал. Пришел в себя от смеха сестренок, вернувшихся из школы. Зашел в дом вместе с ними и удивился: никто не кричал и не плакал; мать накрывала на стол, отец сидел на своем месте. Может быть, страшная картина померещилась ему? И еще Филя знал, что Соджун бросился бы на защиту матери не раздумывая, а он струсил. Как можно пойти против отца? Шепотом. Только тихо и незаметно.