Большой дом замер и погрузился в сон, оставляя на утро праздничные хлопоты. Все готово. Все сделано по обычаю. Ребенок дожил до асянди. Переживать больше не о чем.

* * *

На следующее утро нарядные гости собрались во дворе Большого дома. Топтались на месте и поглядывали на небо, пытаясь определить время. Именинник должен принять стол до двенадцати часов, непременно в первой половине дня, ибо жизнь его только начинается.

По случаю торжества женщины нарядились в праздничную одежду. Из-под ярких платков выглядывали блестящие волосы, подхваченные на затылке шпильками. Блеск локонам придавала рисовая вода, в которой поселковые модницы мыли головы.

Мужчины тоже постарались. Облачились в светлые рубашки и выходные брюки, ждавшие своего часа на самодельных вешалках из сухих веток, обрезанных с чинары.

Вскоре в дверях показался отец ребенка:

– Проходите в дом.

– Да, уже пора, – закивали гости и, переступив порог Большого дома, оказались в небольшой комнате. Увидели низкий деревянный стол с еще не потемневшими краями – видно, хозяин сам потрудился на славу к этому дню. Сквозь маленькое окно солнечный свет освещал коричневую книгу с иероглифами, новую ручку для письма, лук со стрелами и денежные купюры по пять рублей. На заднем плане тускло мерцали небольшие алюминиевые чашечки с чальток, фасолью и рисом. Все по традиции, все как надо, не пропущена ни одна деталь для именинника.

Возбужденные голоса витали в тесном пространстве: гости гадали, что выберет ребенок, какую судьбу себе предскажет:

– Если бы мне вернуться в день своего асянди, я выбрал бы деньги. Жил бы припеваючи.

– А я бы чальток бил бы и ел.

Смех, оживленные реплики и возгласы постепенно затихли. Наступила полная тишина. Женщина в прекрасном одеянии – в белой шелковой блузе с изящным бантом и в длинной до пят голубой шелковой юбке – вела за руку наследника. Судя по ее ханбок, она принадлежала к знатному роду. Потрясенные гости не сразу узнали в ней хозяйку дома, амя, бабушку именинника.

Шаг, еще шаг. Величественным жестом хозяйка подтолкнула мальчика:

– Соджун, возьми со стола все, что тебе нравится.

Мальчик робко шагнул вперед и оглянулся на нее.

Гости пришли в себя и стали подбадривать именинника громкими криками:

– Деньги возьми!

– Книгу!

– Мужчина же, бери оружие!

Но внимание мальчика привлек деревянный мунбэ. Бабушкино сердце ликовало. Теперь и навсегда дорогой внук и его дети будут под защитой тигра и дракона.

Худая детская ручонка потянулась вперед и остановилась. Остановилась, как сломанный стебель, и повисла в воздухе. Никто не понял, что случилось. Почему лицо мальчика почернело, а из открытого рта донеслись свистящие хрипы. Он сполз вниз, дернулся и упал к ногам бабушки. Она закричала. Потом стала поднимать безвольное тельце внука. Опять вскрикнула и позвала мужа. Сэнсей застыл на месте. Он видел перед собой умирающего наследника и жену с лицом, похожим на белую маску. В окне мелькнула тень. Опять она. Ладно его она не оставила в покое, так теперь и до единственного внука добралась!