Он капает на них горсть мыла, затем сжимает мои ягодицы, зажимая свой член между ними. Другой рукой он обхватывает мою грудь.
— Поиграй со своей киской, — приказывает он. — Покажи мне, как сильно ты этого хочешь.
Я подчиняюсь, просовывая руку между бедер, кончиками пальцев скользя по гладким складкам, прежде чем обхватить клитор медленным, намеренным давлением. Я дразню себя ленивыми движениями, затем меняю ритм, как раз в тот момент, когда Павел кусает меня за плечо, достаточно сильно, чтобы заставить меня задохнуться.
— Хорошая девочка, — рычит он, возвышаясь надо мной сзади. Так разница в нашем росте кажется еще более заметной. — Ты такая красивая, когда ты отчаянная и мокрая, заботясь о себе, пока я трахаю тебя между ягодицами.
Мои пальцы ускоряют движения, когда его руки блуждают по моему телу, и он использует меня так, как хочет, смесь контроля и покорности, которая опьяняет.
— Это так приятно, — шепчу я, двигая бедрами в тесных, отчаянных кругах. Искры пронзают меня, и напряжение перерастает в нечто неотложное. Я запрокидываю голову назад и поддаюсь ощущениям.
Он хватает меня за волосы, оттягивая голову назад, чтобы шепнуть мне на ухо:
— Поглаживай свой клитор быстрее, angel moy. Я хочу, чтобы ты кричала мое имя, когда кончишь.
Я подчиняюсь, поглаживая себя быстрее, раскачиваясь на своей руке. Напряжение скручивается все сильнее и сильнее, пока я не могу больше терпеть.
Он наклоняется вперед, его руки обхватывают мои груди, большие пальцы скользят по моим соскам, затем он сильно их сжимает, давая мне острую боль, которой я жажду.
Я кричу его имя, когда кончаю, мое тело дергается, прижимаясь к моей руке. Я чувствую себя оторванной, как будто моя душа покинула тело и только сейчас возвращается обратно.
Когда он поворачивает меня, в его глазах появляется что-то благоговейное, как будто он не может поверить, что я настоящая. Этот мужчина, который вызывает страх и послушание у всех остальных, смотрит на меня, как будто я его слабость.
Наши губы соединяются в диком и задыхающемся поцелуе. Его зубы цепляются за мою нижнюю губу, и я кусаю его в ответ, его стон вибрирует во мне. Когда мы разъединяемся, мы оба задыхаемся.
— Тебе нужно больше, да, детка? Тебе нужен весь я. — Когда я киваю, он ворчит в знак одобрения. — Это хорошо, потому что мне нужно снова быть внутри тебя, чтобы почувствовать, как ты высасываешь из моего члена каждую каплю спермы.
Мои пальцы обхватывают основание его толстого члена, задерживаясь, впитывая, как вены выпячиваются вдоль ствола, как дорожная карта. Он такой твердый и горячий в моей ладони, что у меня текут слюнки. Я поглаживаю его один раз, два, позволяя большому пальцу дразнить набухшую головку, скользкую от предсеменной жидкости.