— Почему ты помогаешь мне? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.

— Потому что в этом секторе слишком мало людей, которые мечтают о звездах, а не о наживе, — просто ответил он.

Мы присели на ящики с инструментами, чтобы немного перекусить и дать остыть сварочным швам.

Вэнс достал из термоса что-то, не сильно напоминающее настоящие сэндвичи из-за обилия мясных субпродуктов, и начал рассказывать о своих приключениях в туманности Ориона. Его истории были полны опасностей, хитрых маневров и столкновений с пиратами, которые казались мне персонажами из легенд. Он говорил о том, как однажды обманул целый флот корпоратов, спрятавшись в хвосте кометы, и как его «Искатель» выходил из переделок, в которых не выжил бы и дредноут. Я слушал его, открыв рот, забыв про еду, и впитывал каждое слово, как губка, представляя себя на его месте. Само собой, половина из его басен было враньем, но каким враньем! Я тоже хотел рассказывать о себе такие истори!

— И тогда я сказал этому капитану «Все в порядке, у нас все хорошо, а как вы?» — Вэнс усмехнулся, цитируя классику.

— Надеюсь, он не ответил залпом из всех орудий? — рассмеялся я.

— Почти. Но его щиты в тот момент были так же стабильны, как мое финансовое положение в двадцать лет.

Си-Зет в это время суетился вокруг нас, пытаясь измерить уровень холестерина в наших сэндвичах и постоянно причитая о вреде органической пищи. Я лишь отмахивался от него, чувствуя себя абсолютно счастливым в этой пропахшей маслом и озоном атмосфере.

— Господин Вэнс, я настаиваю! Потребление такого количества жиров снижает вашу реакцию на ноль целых три десятых процента! Вы станете обузой в бою!

— Заткнись, Золотинка, — добродушно бросил старый капитан. — Лучше иди проверь давление в гидроприводах.

Пока мы с Вэнсом предавались воспоминаниям о великих героях прошлого, Кира вела свою собственную игру, невидимую для наших глаз. Она перемещалась по «Страннику» с грацией кошки, используя вентиляционные шахты и темные углы трюма, чтобы не попадаться на глаза ремонтным ботам Вэнса. Я видел ее тень лишь изредка, когда она перебегала из одного отсека в другой, и каждый раз мое сердце замирало от страха, что Си-Зет ее обнаружит. Чтобы отвлечь назойливого дроида, мне приходилось проявлять чудеса изобретательности и задавать ему самые тупые технические вопросы, на которые он отвечал часами.

— Слушай, Си-Зет, а расскажи-ка мне подробно о влиянии квантовых флуктуаций на износ прокладок в гипердвигателе модели Т-14.

— О, это великолепный вопрос! — дроид так воодушевился, что его фоторецепторы засияли ярче звезд. — Все началось в 2245 году на верфях Марса…