— Значит, будем крутить педали быстрее! — я оскалился в улыбке, которая, вероятно, выглядела более безумной, чем мне казалось. — Запускай двигатель.

Когда я активировал предпусковую последовательность варп-драйва, «Странник» завыл. И это не был величественный гул мощных турбин из пропагандистских роликов исследовательского флота. Нет, это был скрежет, от которого зубы начинали ныть, а волосы на затылке вставали дыбом. Двигатель вибрировал так неистово, что я всерьез опасался, не превратится ли наш корабль в облако конфетти ещё до того, как мы войдем в подпространство. Звук напоминал работу древнего дисковода, который отчаянно пытается прочитать поцарапанную дискету с игрой двадцатого века.

— Мамочки! — взвизгнула Мири. — Статистическая вероятность того, что мы выйдем из варпа в виде биологического супа, только что подскочила до восьмидесяти процентов! Роджер, если мы выживем, я потребую апгрейд памяти и подписку на облачный сервис с котиками!

— Размечталась! Держи курс, сейчас будет трясти!

Мы нырнули. Пространство перед лобовым стеклом вывернулось наизнанку, превращаясь в безумный калейдоскоп из фиолетовых нитей и черных провалов. Корабль швыряло из стороны в сторону, как консервную банку в центрифуге. Внезапно из глубины палуб донесся резкий хлопок, за которым последовал свист, знакомый любому механику — звук вырывающегося под давлением чего-бы-то-ни-было. В следующую секунду кабина наполнилась едким сизым дымом, а аварийная сирена завыла так громко, что у меня едва не лопнули перепонки.

— Разгерметизация топливной магистрали в инженерном! — заорала Мири, перекрывая шум. — Потеря давления сорок процентов! Если мы сейчас не стабилизируем поток, варп-поле схлопнется и нас размажет по континууму, как джем по тосту!

— Твою дивизию! Кира, подержи штурвал, я сейчас!

Я выскочил из кресла, едва не расшибив лоб о низкий косяк, и понесся в сторону хвоста корабля. В коридорах было хоть глаз выколи, только красные огни аварийки подмигивали мне, как насмешливые глаза демонов. Я споткнулся о ящик с инструментами, рассыпав гаечные ключи, выругался так, что покраснел бы даже самый прожженный пират со станции «Тортуга», и буквально влетел в инженерный отсек. Дым здесь был такой густой, что я едва видел собственные руки.

— Роджер! Времени меньше минуты! — голос Мири раздался из настенного динамика, хрипя и прерываясь.

— Вижу пробой! Черт, трубка лопнула прямо у фланца!

Раскаленное топливо брызгало во все стороны, прожигая комбинезон и обжигая кожу. Я лихорадочно перебирал варианты в голове, сварка не выдержит, заклепки вырвет давлением. Это был тот самый момент, когда учебники из Академии можно было смело выбрасывать в ближайший шлюз. Мой взгляд упал на верстак, где среди хлама лежал старый, потрепанный хомут от системы очистки воды и рулон того, что в нашем деле считается священным артефактом.