— Геометрия нарушена! Топология пространства летит к чертям! — Мири сорвалась на механический крик, который резал уши не хуже плазменного резака. — Мы падаем в подпространственный карман! Роджер, это воронка! Нас затягивает в изнанку!

— Делай что-нибудь, железная леди! — я ударил ладонью по аварийной панели.

— Я не могу! Физика вышла из чата! — Мири в последний раз вспыхнула ярким золотом и внезапно погасла. — Иджис уходит в экстренную перезагрузк…

Тишина, наступившая после исчезновения голоса искина, напугала меня сильнее любого взрыва. Свет в рубке мигнул и переключился на тусклое, кроваво-красное аварийное освещение. «Странник» совершил последний, отчаянный рывок, и я услышал, как тяговый луч Империи лопнул. Это прозвучало как выстрел из гигантской пушки — резкий, сухой звук разрывающейся гравитационной связи, который эхом отозвался в каждой клеточке моего тела.

Нас выплюнуло из нормального мира. Корвет исчез с радаров имперского флота, но вместо гладкого скольжения по гиперпространственным тоннелям мы провалились в бездну хаоса. Корабль подхватило потоком сырой, необработанной энергии, закрутив в безумном танце. Гравитация на борту начала меняться каждые несколько секунд, меня то вжимало в кресло с силой многотонного пресса, то подбрасывало к потолку, заставляя внутренности совершать неприятные кульбиты.

— Мама родная, — пробормотал я, пытаясь поймать уплывающий из-под рук штурвал.

Вокруг бушевал шторм из чистой информации и несформированной материи. За окном проносились причудливые тени, похожие на призрачные очертания городов или огромных существ, которых никогда не видела природа. «Странник» кувыркался, теряя ориентацию, а системы жизнеобеспечения захлебывались, выдавая порции горького, сухого воздуха. Кира закрыла лицо руками, и я видел, как ее плечи мелко дрожат.

— Мы умираем? — ее шепот едва пробился сквозь грохот бьющихся в трюме ящиков.

— Не в мою смену, Кира! — я попытался придать голосу уверенности, хотя сам чувствовал себя как муха в миксере. — Мы просто… срезаем путь! Немного экстремально, согласен, но зато без пробок и налоговой инспекции!

Шутка получилась жалкой, но она помогла мне не впасть в окончательный ступор. Я лихорадочно щелкал тумблерами, надеясь найти хоть какую-то опору в этом океане энтропии, но приборы молчали. Питбой на моем запястье выдавал лишь бессмысленный набор символов, похожий на проклятия пьяного программиста. Мы оказались в ловушке между мирами, в кармане реальности, который не должен был существовать.

Внезапно все вокруг залило ослепительным, нестерпимым белым светом. Он проник сквозь закрытые веки, заполнил черепную коробку и, казалось, выжег все мысли, оставив лишь первобытный звон в ушах. Корабль совершил последний, самый мощный кувырок, и я почувствовал, как сознание медленно ускользает, растворяясь в этой сияющей пустоте.