Это был главный нервный узел.
Идеальная цель для моего маленького подарка.
— Мири, мы на месте. Начинаем операцию «Вивисекция», — прошептал я, отстегивая от бедра свою кустарную бомбу. Уродливое творение из тостера и военных батарей казалось неуместной шуткой на фоне вселенского кошмара. Но именно данной шутке предстояло поставить точку в этой истории.
Глава 10 Внутри врага
Медленно, стараясь не производить лишних вибраций, я подплыл к главному энергетическому клапану. Узел представлял собой некое подобие огромного сфинктера из черного полимера и светящихся жил, который ритмично сжимался и разжимался. Каждое движение сопровождалось низким, утробным стоном, вибрирующим в самой костной ткани моих рук. Слизистая оболочка клапана выглядела отвратительно, горячая, покрытая мелкой сеткой кровеносных сосудов, вживленных в медные шины. Казалось, будто сама Тьма решила обзавестись искусственным сердцем, забыв при этом про эстетику и правила гигиены.
— Приступаю к установке подарка, — прошептал я, стараясь унять дрожь в пальцах.
Я достал свое секретное оружие, рулон легендарной синей изоленты. В мире, где правят нанотехнологии и квантовые процессоры, липкий полимер оставался единственной константой, на которой держалось мироздание. Осторожно приложив корпус бомбы, собранной из запчастей корпоративного генератора и внутренностей тостера, я начал обматывать ее вокруг пульсирующей жилы. Изолента ложилась идеально, сияя в свете налобного фонаря ярким сапфировым блеском, символизируя триумф человеческой смекалки над машинным био-безумием.
— Даже боги-машины не устоят перед силой синего полимера, — пробормотал я, затягивая последний виток. — Сильнее любви, крепче веры, надежнее брони.
— Роджер, твой фетишизм в отношении канцелярских принадлежностей продолжает меня пугать, — заметила Мири, проецируя в углу визора маленькую голограмму в халате психиатра. — Тем не менее, фиксация завершена. Бомба держится плотно. Клапан явно не ожидал такого коварства от примитивного куска пластика.
— Это не пластик, Мири. Это, наследие предков, — я аккуратно коснулся сенсорной панели на боку устройства. — Теперь самое веселое. Активация.
Пальцы в толстых перчатках скафандра казались неуклюжими сардельками, но я с филигранной точностью ввел код запуска. Экранчик, некогда показывавший степень прожарки хлеба, теперь высветил зловещие красные нули. Щелкнули тумблеры, загудели конденсаторы. Смертоносная начинка внутри корпуса начала медленно прогреваться, готовясь превратить биомеханический собор в облако испаренного металла и органической пыли. Сердце забилось быстрее, отдаваясь глухим стуком в висках. Таймер активирован.