Смерть дышала в затылок, обжигая холодом.

Приборная панель жалобно дребезжала, угрожая развалиться на части.

— Роджер, правый монитор отходит! — Мири указала на экран, который едва держался в гнезде. — Синяя изолента, наше единственное спасение, не дай ему отклеиться!

Я на мгновение отпустил левый рычаг и с силой прижал край ленты, чувствуя, как липкая поверхность удерживает пластик на месте. Подобное техническое решение выглядело нелепо в кабине боевого истребителя, но на Тортуге-9 никто не задавал лишних вопросов о надежности кустарного ремонта. Адреналин заставлял сердце биться в бешеном ритме, а пот заливал глаза, заставляя жмуриться при каждом резком маневре. Ситуация требовала чего-то из ряда вон выходящего, иначе мой полет завершился бы очень быстро и очень ярко.

— Мири, закладываем мертвую петлю! — скомандовал я, видя впереди узкий проход между двумя жилыми модулями.

— Выполняю расчет компенсации вектора тяги, — отозвалась искин, чья голограмма теперь светилась боевым золотом.

Я потянул штурвал на себя до самого упора, заставляя перехватчик описать идеальную вертикальную окружность прямо под носом у преследователей. Перегрузка снова попыталась превратить меня в блин, но я лишь крепче сжал рукоятки, удерживая машину на курсе. Стражи, обладавшие огромной массой, не успели среагировать и пролетели мимо, подставляя свои незащищенные тылы под мой ответный удар. Этот момент стал решающим, я активировал ракетные пилоны и выпустил две тепловые ловушки, которые мгновенно нашли свои цели в хаосе боя.

Две яркие вспышки ознаменовали конец преследования.

— Минус три, — констатировал я, переводя дух. — Кто-нибудь еще хочет попробовать?

В этот момент мой радар зафиксировал сигнал бедствия, доносившийся с левого фланга, где подбитый пиратский корвет «Пьяный Грог» отчаянно пытался отбиться от целого роя дронов. Судно лишилось одного двигателя и теперь медленно вращалось, превращаясь в легкую добычу для бронированных охотников Короля Пыли. Я, не раздумывая, направил «Ураган» туда, закладывая резкую бочку и проносясь над самой поверхностью поврежденного корабля. Подобный маневр позволил мне срезать огнем сразу двух Стражей, которые уже готовились нанести финальный удар по беззащитному корпусу корвета.

— Держитесь, ребята, помощь пришла! — крикнул я, поливая врагов плазмой из всех стволов.

— Пацан, да ты просто маньяк! — донесся из динамиков хриплый голос капитана «Грога». — Мы твои должники до гроба! Жестянки чуть не распылили нас, если б не ты!

Я чувствовал себя героем какого-нибудь старого космического боевика, где один отважный пилот способен переломить ход целой битвы. «Ураган» танцевал среди звезд, описывая немыслимые траектории и огрызаясь короткими, точными очередями, которые находили уязвимые места в новой броне Стражей. Каждое попадание сопровождалось беззвучным взрывом, расцвечивающим тьму яркими красками и дарящим надежду всем защитникам Тортуги-9. Ярость мусорщика, превращенная в боевую мощь истребителя, оказалась именно тем фактором, которого не учел расчетливый разум Короля Пыли.