— Роджер, мне нужна толика твоего внимания, ситуация экстренная, — снова возникла в наушнике Мири.

— Не сейчас, не порти мой момент славы! — отмахнулся я, откидывая фонарь кабины и отстегивая шлем.

В спертый воздух, пропитанный химикатами и горелой проводкой, ворвалась какофония звуков Тортуги-9. Станция жила. Она стонала, скрипела, но продолжала функционировать, а значит, моя маленькая увеселительная прогулка имела смысл. Я выключил питание, и рев двигателей сменился звенящей тишиной в ушах. Перегрузки выжали из меня все соки, оставив вместо пилота мокрую тряпку в воняющем потом комбинезоне.

Пора было выбираться.

Едва я поставил ногу на трап, как толпа, собравшаяся в ангаре, взорвалась ревом. Десятки глоток, привыкших орать пиратские песни и угрозы, теперь скандировали что-то одобрительное. Суровые бородатые мужики в ржавых экзоскелетах и девицы с кибернетическими руками махали мне, вскидывая вверх кулаки и трофейное оружие. Кто-то даже запустил в воздух сигнальную ракету, которая с шипением отскочила от потолка и упала в ящик с ветошью, вызвав локальное возгорание и новую волну веселья.

— Да, я такой, — пробормотал я, пытаясь изобразить героическую улыбку, но вместо нее получилась кривая гримаса усталости.

Спустившись на палубу, я пошатнулся. Комбинезон прилип к телу, будто вторая кожа, а в ботинках хлюпало. Казалось, я потерял пару килограммов исключительно за счет обезвоживания. Ко мне тут же подскочил какой-то здоровяк с лицом, напоминавшим карту астероидных полей, и с энтузиазмом хлопнул меня по плечу. Я чуть не сложился пополам, но устоял, вцепившись в леерное ограждение.

— Ты видел, как он зашел им в хвост? Чистая поэзия! — орал он своему соседу. — Я бы за такой маневр отдал свою лучшую плазменную винтовку!

Толпа расступилась, пропуская вперед фигуру, от которой даже у самых отмороженных корсаров начинали дрожать коленки. Баронесса Уллис шла ко мне медленной, хищной походкой королевы, ступающей по палубе своей личной яхты. Ее малиновые волосы ярко контрастировали с серым металлом дока, а золотой коготь лениво поблескивал, отражая аварийные лампы. Она остановилась в шаге от меня, и ее живой янтарный глаз смерил меня с головы до ног, не скрывая насмешливого любопытства. Красная линза кибер-импланта, казалось, сканировала мой пульс и уровень адреналина.

— Ты псих, Форк, — ее голос звучал как дорогой бархат, в который завернули стальной клинок. — Но ты полезный псих.

Она сделала еще полшага, сокращая дистанцию до неприличной.

— И начинаешь мне нравиться.

В воздухе повисло напряжение. Пираты затихли, ожидая моей реакции. Я чувствовал себя мышью, которую кошка не съела, а решила оставить поиграть на потом. Я открыл рот, чтобы выдать какую-нибудь очередную наглую остроту, сохранить лицо и, возможно, жизнь, но в этот самый момент в моем наушнике раздался ледяной голос Мири, мгновенно вымораживая остатки триумфа.