Баронесса Уллис, заметив мою заминку, прищурила свой кибернетический глаз, и красная линза опасно блеснула. Она чуяла подвох.

— Проблемы, Форк? — спросила она, и в ее голосе пропал бархат, остался только холодный металл.

— Есть разговор, Баронесса, — я кивнул в сторону выхода на станцию. — Не для ушей твоих преданных подданных. Касается нашего общего выживания.

Ее живой глаз окинул меня с ног до головы, потом скользнул по ликующей толпе. Она уловила серьезность в моем тоне. Без лишних слов Уллис развернулась и пошла к шлюзу, ведущему в ее личные апартаменты — святая святых Тортуги. Я поспешил за ней, игнорируя недоуменные взгляды пиратов. Внутри ее командного центра царил порядок, резко контрастирующий с внешним хаосом. Голографические экраны показывали состояние станции, на тактическом столе крутилась модель сектора. Чисто, функционально, смертоносно.

— Говори, — бросила она, опускаясь в кресло, больше похожее на трон.

Я дал отмашку и Мири развернула перед Уллис все, что мы узнали. Пунктир полета последнего дрона. Скрытый в астероидах объект. И, наконец, кошмарное изображение пульсирующего Инкубатора. Баронесса молча смотрела на вращающееся осиное гнездо, и ее лицо превратилось в каменную маску.

— Значит, они не просто варпнулись из ниоткуда, — прошипела она. — Они здесь поселились.

— Именно. И они не остановятся. Судя по скорости производства, завтра они вернутся с армадой, против которой ваши пушки покажутся детскими хлопушками, — я ткнул пальцем в голограмму. — Нужно вырезать опухоль, пока она не дала метастазы. И сделать это нужно сейчас.

— Империя? — она подняла на меня вопросительный взгляд.

— Империя сюда не сунется, — я горько усмехнулся. — Для них Тортуга, просто гнойник на заднице галактики. Они скорее дождутся, пока Пыль вас сожрет, и зачистят остатки. А твои ребята… Они отличные бойцы, когда нужно взять на абордаж торговое судно, но штурмовать гнездо машин-убийц? Они передерутся еще на подлете. Слишком неорганизованны. Хаос против порядка всегда проигрывает.

Она молчала, обдумывая мои слова. Правда была жестокой, но очевидной. Я видел, как в ее янтарном глазу отражается пламя обреченности.

— Значит, я полечу, — сказал я тихо, но твердо. — Один. Незаметно проберусь внутрь и устрою им большой бада-бум прямо в сердце.

Уллис медленно подняла голову. Взгляд ее кибер-глаза сфокусировался на мне. Она видела перед собой не просто наглого мусорщика. Она видела единственное, пусть и безумное, решение.

— Ты прав, Форк, — ее голос звучал ровно. — Ты единственный псих, которому я могу это доверить. Я даю тебе полный доступ к складам. Мой интендант выдаст тебе все, что попросишь. Абсолютно все.