— Нет, — отрезал я, даже не раздумывая.

— Мои боевые алгоритмы и физические показатели дают мне больше шансов на успех, — она шагнула вперед. — Я могу пробиться сквозь любую охрану. Я быстрее и сильнее тебя, Роджер. Логика на моей стороне.

— А на моей стороне здравый смысл, принцесса, — я подошел к ней и положил руки ей на плечи. — Та штука, Инкубатор… Он часть сети твоего Отца. Его продолжение. Как только ты приблизишься, он почувствует тебя. Твои импланты, твой код — для него это открытая книга. Он сможет перехватить контроль. Представь, что он заставит тебя сделать. Нет. Ты остаешься на «Страннике», защищать наш единственный путь к отступлению. Это приказ.

Она смотрела на меня долгую секунду. В ее глазах боролись холодная логика машины и что-то новое, человеческое. Упрямство. Беспокойство. Она видела, что я не шучу. Я не просто запрещал, я защищал ее.

— Хорошо, — наконец кивнула она. — Но если ты не вернешься через два часа, я разнесу этот улей по кирпичику. Вместе с тобой внутри. И это не угроза.

— Договорились, — я улыбнулся и отпустил ее. — Два часа. И ни минутой больше.

Она развернулась и ушла, оставив меня наедине с моим творением. Прощание получилось коротким и деловым. Именно таким, каким и должно быть перед подобной вылазкой. Я взял бомбу. Она оказалась тяжелее, чем я думал. Словно сам вес ответственности давил на мои руки.

Путь к ангару, где меня ждал верный «Странник», показался мне вечностью. Пираты расступались, провожая меня молчаливыми, уважительными взглядами. Слухи просочились наружу и я больше не был для них залетным мусорщиком. Я стал их сумасшедшей надеждой. В рубке я натянул на себя старый, потертый, но тысячу раз проверенный скафандр «Пустотник-7». Шлем герметично щелкнул, и мир за пределами визора стал глухим и немного искаженным. Я пристегнул бомбу к бедру с помощью магнитных захватов. Она мешала, неудобно оттопыривала комбинезон и выглядела как чужеродный нарост.

Идеально.

— Мири, готова к тихому полету? — спросил я, садясь в пилотское кресло.

— Системы в режиме «стелс», реактор на минимуме. Мы будем тише, чем совесть политика, — отозвалась она в наушнике. — Только постарайся на этот раз вернуть казенное имущество в целости. Особенно то, в котором сейчас сидишь.

— Постараюсь, — я положил руки на штурвал. — Полетели спасать мир. Опять.

Шлюз «Странника» с шипением выпустил меня в бархатную пустоту. Космос встретил привычным безмолвием, нарушаемым лишь хрипом моего дыхания в динамиках шлема. Наш побитый корвет, управляемый твердой рукой Киры, замер на границе тени гигантского астероида — идеальная точка для начала партизанской вылазки. Впереди, в хитросплетении каменных глыб, таилась цель моего визита. Инженерный ранец, одолженный у Баронессы, недовольно пыхтел, выбрасывая короткие струи плазмы. Штуковина явно видала лучшие дни и управлялась так, словно ее проектировал пьяный орк.