— Не знаю, семья какая-то приезжая. Нам ещё повезло с этим. Дед нас отвезёт в аэропорт. Поживём у матери два-три дня, так и удобнее будет для нас.
— А Сачок? — по горлу перекатывался маленький комок жалости, сжимая его.
— А что Сачок? Линда, не переживай за него, он знает, что может в любое время к нам приехать. Мы же не бросаем его на произвол судьбы. Он уже в курсе... Ты рада, доченька?
— Очень, — улыбаюсь я через силу.
На самом деле я, конечно, рада, мы этого долго ждали, надеялись. Но даже когда долго ждёшь какого-то события, когда оно случается — это всё равно неожиданно. И волнительно. Жаль, что я не смогу попрощаться с нашим классом, хотя, может, это и к лучшему. А вот насчёт Катьки обидно, хотелось бы увидеть её перед отъездом, поговорить с ней о многом. Но я ей позвоню обязательно, и мы поговорим, потом напишу ей и пришлю адрес.
Незнайка. Как быть с ним? Защемило в глазах от слёз. Он так ничего и не узнает, только потом, конечно, когда увидит, что меня долго нет в школе. Наверное, он обидится, что я уехала вот так неожиданно. Милый Незнайка, не обижайся, пожалуйста, — мысленно попросила его, как будто он мог услышать меня, — я сама узнала об этом только что. Не думай, пожалуйста, что не сказала тебе нарочно. Я бы так не поступила, никогда. Что же делать? Можно, конечно, попросить Катьку сказать ему об этом, но нет, я не стану этого делать. Попробовала представить себя на месте Незнайки. Что, если бы Незнайка уехал вот так неожиданно и ничего не сказал? А потом ко мне в школе подошёл бы Заур и сказал: «Мол, не обижайся, Линда, Незнайке пришлось срочно уехать». Не знаю, успокоило бы это меня или огорчило ещё больше? Что ж, видимо, ничего не поделаешь, надеюсь, Незнайка сможет простить меня когда-нибудь.
Через три дня к нашим воротам подъехал большой контейнер, такая машина. Соседи, которые уже ждали его приезда, начали перетаскивать в него наши вещи, мебель, коробки, книги, посуду, связанные тюки и мешки. Хоть мы и решили брать с собой немного вещей, только самое необходимое, всё равно получилось порядочно сумок, чемодан и два рюкзака.
Потом мы прощались с Сачком, я плакала, он меня успокаивал, потом неловко вложил мне в руку фиолетовую бумажку, двадцать пять рублей, я заплакала ещё горче.
— Сачок, спасибо, это так много.
— Линда, ты хорошая девочка и никого не слушай. Ты самая хорошая девочка из всех, кого я знал.
— Спасибо, Сачок, — слёзы ручьём текут из моих глаз, — Сачок, почему ты не хочешь поехать с нами?
— Я приеду, Линда, не плачь, я обязательно приеду.