Я аккуратно пересылаю маме денежку, стараюсь, чтобы она поменьше тревожилась и побольше отдыхала. Но мало что из этого получается. Может, это стало делом привычки, а может, и её желанием. Недавно мы разговаривали с Димой, и я заметила, что один отец может быть хорошим для сына и плохим для дочери. На что он ответил:
— Навряд ли может. Всё заложено в человеке, в его характере. Плохой человек, жадный или злой, не может быть хорошим отцом, дедом или коллегой по работе. Не может быть щедрым или добрым ни с кем. И если он приносит одного ребёнка в жертву другому, то это и есть проявление его злобы. В итоге пострадают двое детей.
— Но мой папа, да, жадный по природе, но с братом был щедрым.
— Возможно, он был щедрым с братом, чтобы позлить тебя. Его злоба к тебе была настолько велика, что была готова принести в жертву его жадность. Но до поры. До определённой черты, за которую, я уверен, твой отец никогда бы не перешёл. Ведь он не был щедрым к брату бескорыстно. Наверняка. Он вкладывался в некий процесс: подарок, поощрение, — чтобы получить обратную связь от тебя. Твои страдания. И его злоба была бы удовлетворена.
— Ты очень интересно всё объясняешь.
— Нет, это предположения. И об этом можно много ещё рассуждать.
Глава 106
Москва, я представляла ее иначе. Большой город, движение, машины на дорогах, люди на тротуарах. Мы побывали на ВДНХ, приятно было прогуляться по тем местам, по которым мы бродили с бабулей. Честно говоря, я была разочарована. Спустя много лет, много событий и значимых перемен, здесь все осталось таким же. Можно полагать, что постоянство — это положительное качество, но, как мне думается, не в этом случае. Облезлые скамейки, вроде бы и свежепокрашенные, но прокрашенные так много раз слой за слоем, что краска потрескалась и смотрелась неряшливо. Те же фонтаны, они произвели на меня впечатление, когда я была маленькая, а сейчас они выглядели обычно. Мир должен меняться, совершенствоваться, не стоять на месте.
Даже красота должна развиваться, по крайней мере, за ней нужно ухаживать должным образом, чтобы она не производила впечатления затхлости и застоя.
Вот Уцик очень изменился, с моего прошлого приезда город расцвел, обновился, облагородился. И теперь в нем много новых красивых фонтанов, и даже красивее, чем на ВДНХ. Жаль.
— Тебе не нравится Москва? — скорее не спросил, а констатировал Дима.
— Нет, не нравится, серая и неоправданно пафосная.
— Тогда мы будем жить в Сочи. Там повеселее, больше солнца и зелени. Только тут моя работа.
— Я потерплю. Думаю, я найду что-то хорошее в Москве.