И вот как-то мы с ней разговорились, я сказала, что вряд ли поступлю куда-то после школы, а скорее всего буду подыскивать работу. И вот совершенно неожиданно она и заявляет мне в тот момент: «А что, если тебе пойти к нам?» У ее работодателя, хозяина этого ларька, в котором она работала, еще два таких же в Светлом. И все продавщицы поэтому знают друг друга, иногда отмечают вместе праздники, дни рождения. Не так основательно, конечно: собираются в ларьке, именинница угощает, сооружает нехитрую закуску. Но это я уже узнала потом. А на тот момент у нее как раз ушла сменщица, и им просто позарез была нужна новая продавщица.
— Я была бы рада, — ответила ей, — только у меня нет опыта в этом деле.
— Ничего, это не так сложно, я тебе все покажу.
Мама сначала была категорически против моей новой работы.
— Нет, работать по ночам — это ужасно! Неизвестно, чем они там занимаются!
— Мамочка, но ты же знаешь Валю? Разве она посоветовала бы мне плохое? И я смогу помогать тебе, всем нам. Там зарплату выдают каждый день. Пожалуйста.
Затем мама поговорила обо всем с папой. Я даже не поняла, как он отреагировал. Последнее время мы мало с ним общаемся. После того как я окончила школу, а прошло еще очень мало времени (были экзамены, потом аттестат), я и не думала затягивать с этим вопросом. Но еще до того, как прозвенел последний звонок, он начал выговаривать и маме, и мне.
— Тунеядка! Вот увидишь, никчемное существо, что зовется нашей дочерью, ни хрена не добьется в этой жизни. Нахлебница, только и будет жрать да срать. На большее она не способна.
Но, справедливости ради, надо сказать, что в принципе он всегда так отзывался обо мне. Просто с окончанием школы он стал говорить так чаще, каждый день, несколько раз на дню.
Мне думается, что папа благосклонно отнесся к тому моменту, в моей новой работе, что я теперь буду получать зарплату. А раз так, то стану помогать маме, значит, он сможет откладывать еще больше со своей зарплаты. Но была и еще одна причина, на мой взгляд: папе хотелось посмотреть, как я опозорюсь.
— Вот я посмеюсь над этой идиоткой, когда она сделает недостачу! Вот я посмеюсь! Если надеется, что я буду платить за эту корову, пусть не рассчитывает! Пусть разбирается сама! Всю жизнь в математике дура дурой, пусть ее там как следует обдурят. Пусть опозорится на всю округу!
Не очень-то это весело, когда родители не верят в твой успех, и, более того, всячески предвкушают твое падение. Но мне было все равно. В любом случае, деваться мне некуда.
На работе было спокойно. Хоть там постоянно надо было вертеться как белка в колесе, я справлялась. И притом наплыв покупателей был цикличный: в основном это с утра и после работы. А в дневные и вечерние часы было поспокойнее. Можно было и перекусить, и даже немного почитать. Покупатели быстро привыкли ко мне, многие из них приходили каждый день. Порядком было и выпивох, эти приходили за спиртным. Ларек работал круглосуточно, поэтому постучать в окошко и попросить бутылку могли и среди ночи. Но таких было немного. По ночам мне удавалось немного вздремнуть.