В гостиной появляется Зерно. В его левой руке по-прежнему зажат планшет, в правой — пузатая домашняя аптечка Бельмондо. Он ставит её на столик между компьютером, шлемом виртуальной реальности и воронёным пистолетом, намереваясь отойти в сторону. Но Алекс не позволяет, попросив громко и честно:
— Поможешь мне его перевязать?
Лёня смотрит на обнажённый, покрытый тёмно-красными разводами торс мужчины. На оружие, чёрное окно за жалюзи, на погасший экран слайдекса, с которого ещё недавно вещал Дубинин. Наконец горестно закатывает глаза, откладывает планшет на соседний диван и своим идиотским шагом приближается к раненому.
— Ладно… но завтра… слышишь, Алекс⁈ Уже завтра утром я свалю подальше. И поверь мне, я не обещаю, что после этого мы с тобой скоро увидимся…
Бель улыбается и открывает аптечку.
— Хорошо, дружище. — Он вынимает тюбик растворителя для рубцующей пены и протирает пальцы дезинфицирующей салфеткой. — В любом случае, спасибо за помощь. И за то, что был со мной всё это неспокойное время.
Глава 15 Труп моего врага
Алекс находится на барже, плывущей посреди широченной реки. С первого взгляда может показаться, что это Обь — водная царица Сибири. Но встающий на горизонте скалистый хребет в обрамлении снежных корон говорит, что так быть не может.
Баржа тоже необычна. Может, это и не баржа вовсе, но четырёхлетний Бельмондо не способен представить иного речного судна, на котором может с такой лёгкостью уместиться настоящий парк развлечений — с колесом обозрения, каруселями и даже американскими горками. Аттракционы безлюдны, но ажурное колесо медленно проворачивается, покачивая скорлупками пустых кабинок.
В гулких недрах помещений играет механическая музыка, неживая, навязчивая и однообразная. Мальчик бредёт среди павильонов и запертых билетных будок, ногами ощущая размеренное дыхание палубы. Он потерян и чувствует нарастающий страх. Он точно знает, что не мог оказаться в таком необычном месте без родителей, но никак не может их найти.
Со всей беспощадной парадоксальностью сновидения Алекс понимает, что одновременно является и крохой-дошкольником, и взрослым феромимом, под завязку накачанным экстрактами. Его цель-клиент где-то здесь, совсем неподалёку. Но привычная работа вызывает у Бела не ощущения радости и комфорта, а боязнь ошибки и глубокую тревогу.
В конце концов, он замечает их — молодых отца и мать, стоящих к нему спиной. Мужчина и женщина, оба стройные, грациозные, словно танцоры самбы, в обнимку ждут его возле комнаты кривых зеркал. И пусть Алекс видит лишь спины и затылки, он точно знает, что оба улыбаются. Рука отца скользит по маминой талии, опускается ниже и ласково прихватывает за ягодицу.