— Не подходи! — предупреждает Бель.
Он не знает, что обыкновенный феромим сможет сделать с вооружённым долговязым мужчиной. Но суггестические модули всё же срабатывают, потому что тот замирает на половине шага. Встаёт ровно и опускает по-обезьяньи длинные руки, рассматривая Алекса с недоверием.
— Или что? — интересуется он, но без угрозы или давления в голосе.
На бритой голове долговязого единственная косичка, в которую заплетён с детства не стриженный чуб. Коса уложена вдоль лысины, приклеенная наподобие гребня. Одет он в пёстрый, совершенно несовместимых элементов костюм, состоящий, однако же, только из удобных и прочных предметов. Поверх куртки и стёганых проволокой штанов виднеется сложная сбруя, с помощью которой мужчина цеплялся к тросам над зданиями. Лицо гладкое, но по морщинам и взгляду Бельмондо понимает, что незнакомец ощутимо старше его самого.
— Или узнаешь, — стыдясь собственных слов, отвечает Алекс. — Вы ещё, на хрен, кто такие?
— Говорю тебе — хорошие парни, — пожимает плечами каланча с косичкой-чубом. Покусывает ноготь большого пальца, и не замечает, как перебирается к краю обрезанной перчатки, и без того весьма пожёванной. Другой рукой почесав выскобленный подбородок, добавляет: — Меня Кожей зовут. Не потому, земеля, что тощий шибко, а в честь Кожедуба, лётчик был такой известный…
— Да плевать мне, как тебя зовут, — неловко огрызается Бель, — хоть Кожей, хоть Костьми…
Вокруг снуют мародёры, прибывшие на крышу по тросам, растяжкам и на аэродосках. При этом на «пахучку» и пиксельхантера внимания обращают не больше, чем на раскладные кресла за их спинами. Отключают технику, самое ценное укладывая в рюкзаки. Не забывают прихватывать патроны и еду. Один из них тянется к саквояжу феромима, и тот рывком выдёргивает сумку из-под его пальцев.
— Это моё, паскуда!
[1] London Stock Exchange (Лондонская фондовая биржа).
[2] Сверхчеловек (нем.).
Глава 8 Свободное падение (часть 2)
Мародёр мгновение смотрит в глаза строптивца. Будто взвешивая шансы в забрезжившей схватке. Но Кожа вдруг щёлкает пальцами, и налётчик мигом теряет к парню всякий интерес.
— А ведь я тебя знаю, земеля, — прищурившись, говорит Кожедуб, по всей видимости, командующий рейдом.
Входит под тент, отчего ткань смешно опутывает его голову. Он чертыхается, отбиваясь от маскировочной сетки, срывает полотно с ближайших растяжек. Только после этого подбирает сигареты Гарри, оставленные на столе, и непринуждённо закуривает. Морщится, читает марку и состав, после чего брезгливо отбрасывает едва прикуренную сигарету.