— Да потому что вообще нельзя никому верить, кто на службе государевой… — обиженно, будто вынужденный объяснять очевидное, отвечает Кожа. — В общем, земеля, смотри, каков расклад: мы закончим минут через пять. Захочешь, заберём с собой. Не захочешь, ждёт тебя дорога в казённый дом. Наглухо.

— Ха! — всё ещё сотрясаясь от страха и гнева, выплёвывает Бельмондо. — С чего вы взяли, что всё знаете? И вообще, что вы сделали с Жуком и… другим «кофейником» вы что сделали⁈ Убили? Может, это ты, Кожа, путаешь чего, и казённый дом не меня ждёт? И статья расстрельная, а⁈

Зерно трёт лицо, как если бы его только что разбудили. Тянется к пачке, и Бель только теперь осознаёт, что его друг — завзятый курильщик, — уже часов десять не притрагивался к сигаретам. Трясущимися руками пиксельхантер достаёт одну, прикуривает и жадно, в несколько затяжек, приканчивает, тут же запалив следующую. Кожа и Что-Если, одобрительно покивав, переглядываются между собой.

— Нет, земеля, — наконец отвечает Алексу Кожедуб, — не убили. Вон, видишь на бедре у Ланса? Это портативная СВЧ-пушка. Модель для спецов, в «Пересвете» разработали, но мы внесли в неё некоторые модификации… Пощёчина частотой в сотню гигагерц: бамс! Вода, содержащаяся в коже этого бедолаги, — он лениво кивает на связанного Гарри, — нагрелась… почти вскипела, если хочешь. И, как ты сам мог видеть, ему внезапно сделалось не до пальбы по нам, ага…

— Что, если бы и вскипела? — равнодушно вторит ему напарник. — Второго вырубили липким газом, это уже целиком наша разработка… В общем, Бельмондо, время тикает… Хочешь, оставайся, потолкуешь со своими приятелями наедине. С пристрастием, если духа хватит. Тогда, может, и поймёшь, что творится вокруг…

— А что творится вокруг? — неожиданно спрашивает Зерно, добивая вторую сигарету.

Кожа отвечает одним словом, старинным, не исконно-русским, которым однако же на Руси уже много лет характеризуют всеобщий хаос, бардак и крушение надежд. Что-Если хмыкает, аквариумы в его башке меняют цвет. К нему подходит ещё один мародёр — тот самый Ланс, на боку которого висит нелетальное высокочастотное ружьё.

— Мы почти закончили, — отчитывается тот, окатив мима коротким взглядом. — Бота берём? Почти целый…

— А что, если не унесём? — отвечает Что-Если. — Отстегни заднюю левую лапу, я помню, Мазутный просил… И блок управления возьми, если не поцарапан. Всё, братья, пора отступать.

Налётчики слаженно кивают, отходят к краю крыши. Их сумки и рюкзаки определённо потяжелели, на лицах видны улыбки. Алекс смотрит на них — обветренных, загорелых, усыпанных татухами, пирсингом и другими видами украшений, — и не верит глазам.