— Ты говоришь, как безумный фанатик… Знаешь, что? — вдруг прищуривается девушка, качая головой. — В прошлом году у нас в институте был теракт. Сорок один погибший, вдвое больше раненых. Это сделали техасцы. Один из них, которого поймали агенты, на допросе вёл себя точно так же, как сейчас это делаешь ты.
Теперь в её взгляде разочарование и печаль. Так смотрят на завзятого наркомана, который божился завязать, но вдруг сорвался и опять позволил отраве потечь по своим венам. Студентка пятится, всё ещё перекрывая Гардт обзор и не позволяя прицелиться в парня.
— Мне очень жаль, ба… — шепчет Мария и напоследок прижимает руки к груди. Словно хочет вырвать из неё хотя бы кусок сердечного тепла, способного растопить ледяную стену, навеки возведённую меж родственницами. — Прости. И прощай…
Белу не нужно намекать дважды. Держась за внучкой двуликой бхикшу, он проскальзывает к двери и спешно покидает кабинет. За ним, более не сказав ни слова, в приёмную выходит и Маша.
Гардт, бледная, как известь, садится за стол.
Кладёт перед собой пистолет.
Женщина — снаружи привлекательного бальзаковского возраста, если не принимать во внимание дополнительное лицо, а внутри глубокая старуха — унижена и напугана. Она пытается вспомнить, что именно выболтала сучке и её подлому прихвостню.
Казалось бы, ничего существенного, способного помешать незыблемому плану захвата власти и очищения Сибири. Но откуда же тогда взялась вера в самоубийство Орлова? Откуда гнев и стыд за слова, сказанные соплячкой? Откуда ощущение, что её в тонкий блин раскатало асфальтоукладочным прессом?
Марианна Олеговна Гардт смотрит на окурок и портсигар, оставленные внучкой на краю рабочего стола. На пол возле цветочной кадки, где брошен поддельный ошейник, якобы имплантированный в лже-неохума. Её губы подрагивают, но женщина находит в себе силы снова взять оружие в руки и одним уверенным движением передёрнуть затвор.
Думает. Взвешивает. Сопоставляет и моделирует последствия решений.
В таблице её личного расписания отмечено, что исполнительные секретари уже успели зафрахтовать самолёт, ежеминутно готовый к вылету…
Глава 17 Профессионал
С капитаном КФБ Максимом Вышегородским ему позволяют встретиться только через сутки.
Происходит это в современной больнице для ветеранов войн и локальных конфликтов. И, конечно же, под обязательным присмотром детектива Лютца, того самого, что носит неохумовскую сбрую — в их предыдущую встречу Алекс не угадал и всё же перепутал фамилии следователей. Полицейский молчалив, подозрителен и угрюм, но распоряжение свыше исполняет добросовестно и честно.