— Это, ***, что за *** сейчас произошёл? — сипло спрашивает он, обращаясь к Максиму.
Но тот не успевает дать пояснений. Потому что со всех сторон слышатся щелчки винтовочных затворов, и знакомый Алексу голос громко приказывает всем семерым:
— Культяпки на затылок, падлы! Оружие на землю! Кто шевельнётся, завалю без раздумий!
Глава 10 Кто есть кто
Алекс медленно поворачивается. Как во сне, который никак не хочет заканчиваться. Изумлённо рассматривает стволы штурмовых винтовок, наведённых на него со всех сторон; разноцветные лосины-шоссы, изодранные и перепачканные гарью; красные куртки, злобные ухмылки и осоловелый блеск в глазах Жнецов.
Их трое. Показались из-за бетонных надстроек, подкараулив приземлившихся в самый подходящий для этого момент. Вооружены одинаково, и мим готов биться об заклад, что маркировка на винтовках выдаст модели одной серии, прямо с завода…
На рюкзаке того, что слева, закреплена раздвижная упорная конструкция для тактической системы залпового огня, но самого орудия Бель не наблюдает. А тот, что в центре… в центре стоит Орктос собственной персоной. Отталкивающе-жуткий без бровей, с обнажённой головой. Бельмондо почти не удивлён. Он, кажется, вообще утратил способность удивляться чему бы то ни было…
— Тут нет земли, — спокойно отвечает Макс. Забрало его шлема снова опущено, боец готов к новой схватке. — Один гудрон, да бетон под ним. Так куда ж оружие-то класть? Или за край сбросить?
Несмотря на миролюбивый, отчасти заигрывающий тон, Вышегородский и не думает опускать «Свиристель». Медленно поднимает на уровень груди, прицеливается в Орктоса. Его жест, столь же плавный, гипнотический, повторяет и Сова. Аэропанки неподвижны. Прижались спинами к парапету, переглядываясь и пытаясь уловить настроение Кожедуба.
— Самый умный? — развязно интересуется вожак «колготок», от которого Алексу удалось уйти прошлой ночью. — Значит, ***, первая пуля — твоя. Опустить оружие, пока всех не перешмалял!
Ещё Бель понимает, что все трое бритоголовых пьяны. Или вмазались за уши своей липкой дрянью, что неважно. Их глаза под капюшонами красных курток блестят, причём неестественно и агрессивно. Самих нациков покачивает, будто метель усилилась во много раз. Орктос при этом выглядит самым вменяемым из троицы. Может, потому что принял меньше, раз чин обязывает. А может, просто сопротивляемость выше…
— Чего ждём, умники? — спрашивает он, и Алекс видит перед собой оживший шахматный пат.
Жнец не готов стрелять.
Захотел бы, перебил спускавшихся ещё на тросах. Как жестяных уточек в тире Луна-парка. Но и отступать он не желает. Потому мужчины замерли друг напротив друга, целясь из винтовок и автоматов, и это противостояние по-своему зачаровывает. Словно интерактивная передача из будней дикой природы, на просторах которой сошлись два матёрых хищника и их стаи.