Сначала парень не смог поверить, с какими лёгкостью и нахальством Татьяна послала за ним своих людей — теперь не верит тому, с какой беззаботностью они сумели покинуть жилой муравейник и вырваться на свободу. Причём без потерь и полностью готовые к предстоящей работе…

— Твою мать! — шипит Вышегородский.

Алекс мгновенно холодеет, иррационально уверовав, что излишне самонадеянными мыслями только что сглазил всю ситуацию. Он подаётся вперёд, ловит взгляд капитана в зеркале заднего вида. Испуганно оборачивается к тыловому окну и прикусывает губу — из самого нижнего потока, распугивая легковушки и беззастенчиво нарушая правила дорожного движения, им вслед пристраиваются два соратобу. Причём вовсе не такие тонкостенные и лёгкие, как «Дэйзи». А настоящие «внедорожники воздуха», чёрно-серые, массивные и напористые, будто пара тягловых жеребцов.

Максим что-то бормочет. То ли уговаривает машинку поднажать, то ли матерится. Универсал увеличивает скорость, в ручном режиме перестраивается, поднимается на одну полосу аэропотока. Бельмондо мутит, и он закрывает глаза.

Оперативник снова дёргает машину, резко сворачивая на юг. Теперь они открыто нарушают целый пакет установленных ограничений, и, будь на дороге хоть один полицейский экипаж, не избежать бы гарпуна в корму. Но улицы и проспекты почти не загружены, тёмно-синих броневиков не видать, и Вышегородский продолжает насиловать двигатели украденного соратобу.

Они поворачивают на север.

Дуэт преследователей не отстаёт, будто приклеенный.

Более того, теперь Белу кажется, что дистанция меж зайцем и лисами ощутимо сократилась. «Дэйзи» ныряет под изогнутую эстакаду монорельса, рискованно проносится над бесполётной пешеходной зоной, едва не сшибает сразу два рекламных слайдекса и Алекс не удерживается от испуганного вскрика. Зерно, куклой покачивающийся в ремнях, на начавшуюся погоню никак не реагирует, что тревожит его товарища едва ли не сильнее висящих на хвосте боевиков…

— Как они смогли нас вычислить? — шипит сквозь зубы Максим и успевает перехватить взгляд феромима в зеркале. — Динельт заставляла тебя что-то выпить или съесть? Брал у неё какие-либо вещи или электронику?

— Пил кофе, — ойкнув на резком вираже, честно сознаётся тот. — И ел вроде тоже. А ещё…

Бельмондо прошибает холодный пот. В салоне сразу становится нестерпимо жарко, а от тряски парня тянет блевануть прямо на собственные колени. Динельт знала, что его уводили за Стену! Знала, что он в своей норе! Значит…

Алекс опускает руку в карман драного пальто. Обречённо и плавно, словно в разбуженное змеиное гнездо.