Я не должна транслировать, как мне неприятно ее присутствие. Как сильно я психую. Это будет слишком очевидно, чересчур уязвимо. Моя задача — быть сильной, быть непроницаемой. Играть роль до конца. Он мне никто!
Артур же продолжает разливать чай по чашечкам, и каждая капля, падающая в фарфор, кажется драгоценной. Его улыбка — это отдельная история. Я бы плеснула ему чай в лицо, но боюсь, останется ожог. Продолжая свои манипуляции, Дерзкий скользит от меня к Верочке и обратно. Поймав его улыбку, кривлюсь, стараясь ответить тем же. Выходит гримаса. Изображать доброжелательную невесту все сложнее.
Это напоминает борьбу за выживание.
— Я просто была неподалеку, — смущается Верочка.
— Сидели в кустах и поджидали нас?
— Юля, — нежно останавливая меня, Дерзкий садится рядом. — Перестань.
— Удивительно, что ты не сел между нами, милый, — челюсть сводит от «доброты».
А Артур наклоняется к моему уху и шепчет:
— Ты не хочешь со мной целоваться, но не разрешаешь мне принимать гостей? Есть правила приличия, принцесса.
— Правила приличия. — Отодвигаюсь от него ближе к Вере, чтобы даже случайно не касаться телами. — Это открыть дверь в подъезд женщине с тяжелыми пакетами. А позволять первой встречной девушке носить кольцо твоей бабушки — это глумление над собственной невестой!
Не выдерживаю. Надо поспокойнее. Но Дерзкий — это просто нечто! Он наглый, гулящий блудник. Он как будто издевается надо мной.
— Я не первая встречная, — встряв, спорит Верочка. Затем тихонько, но настойчиво привстает, снимает пленку с тарелки с печеньем. — Мы с Артуром Евгеньевичем отлично ладим. Угощайтесь.
Подсовывает мне печенюшку. Нет, ну вы слышали? Они отлично ладят!
— Я вам не доверяю, Верочка. Вдруг вы задумали нечто коварное.
Болтаю ногой, откровенно нервничая. Дерзкий кладет ладонь на мое бедро, чтобы я перестала психовать. Тут же скидываю его руку.
— А я, пожалуй, попробую, — улыбается Артур.
И заглядывает мне в лицо.
— Все хорошо, принцесса. Мы должны уметь принимать гостей.
— Если ты не прекратишь так себя вести, тебе придется учиться принимать не гостей, а таблетки, — пауза, снова кривая улыбка, — милый.
— То есть я правильно тебя понимаю, принцесса, — продолжает шептать мне на ухо Артур, — что, когда мы поженимся, ты посадишь меня в клетку?
— Отбери у нее кольцо, — снова шепчу в ответ. — Продемонстрируй свою привязанность.
— Принцесса, не я его ей дал. Понимаешь? Я так не могу. Меня не так воспитывали.
Вера кашляет, привлекая наше внимание.
— Хотите знать мое мнение? — выступает она.
— Нет! — отвечаю я.
— Да! — отвечает Артур.