— А Федора Степановна не женщина, что ли?

— Н-ну… — Над этим вопросом Зубов глубоко задумался. — Ежели натурой, то женщина, конечно, да только она постарше отца, ещё деду прислуживала. И глухая к тому же. Чтобы услышала, ей надо в самое ухо орать.

— Согласен, Федору Степановну из списка невест исключаем. А других кандидаток, ты говоришь, не было?

— Да в том и суть, что я даже представления не имею! А Мячиков о свадьбе говорит как о деле решённом. Вообрази мою вчерашнюю ситуацию? Благо, хоть напоил Мячикова быстро, он с цыганами плясать пошёл. А я вот теперь не знаю, что и делать. То ли телеграмму поздравительную папаше отправлять, то ли обидеться, что он мне ничего не сказал.

— Простите, что вмешиваюсь, Григорий Николаевич, — раздался вдруг голос Ирины Харитоновны. Она стояла на пороге гостиной с кофейником в руках. — Но если бы вы спросили совета у меня, я бы сказала: поезжайте в Архарово немедленно! Какие ещё телеграммы? Какие обиды? Помилуйте! После смерти Вареньки вы единственный родной человек Николая Теодоровича. Как же вы можете не принимать участия в его судьбе? Будь ваша драгоценная матушка жива, она бы не одобрила такого поступка.

Ирина Харитоновна перевела взгляд на портрет хрупкой зеленоглазой блондинки, висящий над камином. Варвара Кирилловна, матушка Зубова, была близкой подругой Ирины Харитоновны. Судя по портрету, Зубову достались от матушки только глаза. Рыжиной и статью он пошёл в папашу.

Я подумал, что будь покойная матушка Зубова жива, прежде всего она бы не одобрила появление у Николая Теодоровича новой жены. Но своё мнение я благоразумно оставил при себе и присоединился к Ирине Харитоновне.

— Я согласен, Гриша. Езжай в поместье, а там уж видно будет.

— А служба как же? — пробормотал Зубов.

Отправляться к отцу ему, кажется, не особенно хотелось.

— Отпуск возьмёшь. Заодно и отдохнёшь, свежим воздухом подышишь. Лето на носу, погоды стоят изумительные.

— Именно! — воскликнула Ирина Харитоновна. — И вы, Михаил Дмитриевич, тоже поезжайте.

— Я? — удивился я. — Зачем?

— Да как же зачем? — Ирина Харитоновна всплеснула руками. — Вы после ранения, вам необходимо поправить здоровье. Будете гулять по окрестностям, пить парное молоко и набираться сил. Мне доводилось бывать в Архарово, места там чудесные.

Зубов воспрянул и расцвёл радостной улыбкой.

— Браво, Ирина Харитоновна! Решено, Миша, ты едешь со мной.

* * *

Зубов нечасто втемяшивал что-то себе в голову, но если уж втемяшивал, то проявлял чудеса настойчивости. Я быстро понял, что шансов не поехать в Архарово у меня нет.