— Я бы съел яичницы с беконом, — объявил Зубов.
— Что ты, Гриша! — Римма Романовна всплеснула руками. — Сало? Жирную копчёную свинину? Ни в коем случае, это натуральный яд! Нет-нет, и не проси. Вот, скушай лучше сельдерею.
Она придвинула Зубову блюдо с длинными бледно-зелёными брусочками. Зубов посмотрел на них с тоской, а Римма Романовна увлечённо заговорила:
— Когда-то я и сама была склонна к чревоугодию. Вела неправильный образ жизни и не ведала подлинного счастья. Но потом я постигла учения тибетских монахов, и с тех пор моя жизнь полностью переменилась. Теперь я, Римма Романовна Шамаханская, являю собой образец здорового, счастливого человека, познавшего смысл и законы бытия.
Захребетник присвистнул.
«Шамаханская?.. Однако. Ну, хоть золотого петушка мы с собой не притащили — и то слава тебе господи».
От авторов:
А первые три книги «Человека государева» теперь и в виде бумажной книги. И сувениры! Все подробности в блогеhttps://author.today/post/851133
Глава 22 Благословление
«Золотого петушка?» — переспросил я.
«Ну ты сказку читал? Шамаханскую царицу помнишь?»
«Смутно», — признался я.
«Ай, о чём с тобой вообще разговаривать!»
Госпожа Шамаханская между тем продолжала рассказывать, как она посвятила свою жизнь изучению духовных практик. Как в совершенстве освоила тибетские техники тренировки организма и исповедует здоровый образ жизни.
— Какие-какие техники? — не удержавшись, влез Захребетник.
Госпожа Шамаханская горделиво вскинула голову.
— При всём уважении, Михаил Дмитриевич, вам, боюсь, этого не понять. Постижение тибетских техник — сложный путь, требующий полного погружения в себя и самоотречения.
— Так самоотречения или погружения в себя? — уточнил уже я.
Шамаханская нетерпеливо отмахнулась и принялась потчевать нас напитком из цикория. По вкусу, как она уверяла, совершеннейший кофе, но без его ядовитого содержания, пагубно влияющего на организм.
«Так что там про тибетские техники? — спросил у Захребетника я. — Что с ними не так?»
«С техниками всё в порядке, — буркнул Захребетник. — Работали, работают и работать будут. А вот что не так с этой дамочкой — навскидку не скажешь. То ли она просто дура набитая, понахваталась по верхам чего попало и в это что попало искренне уверовала…»
«Или?..» — поторопил я.
«Или наоборот — хитромудрая. И голову морочит не себе, а зубовскому папеньке. А теперь и Зубову заодно. Посмотри только, как он на неё глядит».
Я покосился на Зубова. Будущая мачеха хлопотала рядом с ним, наливая в чашку божественный напиток из цикория. Зубов смотрел на Шамаханскую не отрываясь. Справедливости ради — было на что.