Глава 8 Тайницкая башня
Я думал, что вызов к начальству связан с текущим расследованием по делу банды, но Корш меня удивил.
Когда я вошёл, поздоровался и присел напротив его стола, то увидел, что Иван Карлович крутит на пальце перстень, пожалованный государем.
Он потёр рукавом мундира печатку с двуглавым драконом, которую могли видеть только избранные, положил руки на стол перед собой и многозначительно посмотрел на меня. Я, подумав, поправил на пальце свой перстень и тоже положил руки на стол.
Корш улыбнулся.
— Да, Михаил, вы всё поняли верно. Я позвал вас не по поводу службы. Обычно те, кто имеет честь состоять в нашем закрытом обществе, получают вызовы на собрания иным путём. Но вы — новичок, прежде наши сборища не посещали, и, коль уж мы с вами работаем бок о бок, процедуру приглашения решено было не усложнять. Я просто сообщу вам время и место. Нынче вечером, в одиннадцать часов, в Грановитой палате Кремля. Знаете, где это?
— Примерно, — пробормотал я, вспоминая многообразие кремлёвских строений.
— Ну, даже если не помните, ничего страшного. Вы войдёте в Кремль со стороны Кремлёвской набережной, сквозь ворота в Тайницкой башне. А далее через Тайницкий сад выйдете прямо к Грановитой палате. Не ошибётесь.
— Сквозь ворота в Тайницкой башне? — удивился я. — А разве там есть ворота? Мне казалось, что они заложены.
— Верно, — кивнул Корш. — «Казалось» в данном случае — самое правильное слово. Ворота выглядят заложенными. Когда вы поднесёте к ним перстень, они откроются. Тайницкая башня на то и Тайницкая, она хранит немало секретов.
— Понял, — кивнул я. — А мне нужно как-то подготовиться к этому собранию?
— Нет, ничего не нужно. Оружие не понадобится, если вы об этом. Всё, что от вас требуется, — личное присутствие. Это всё, что я хотел сказать, Михаил Дмитриевич. До встречи.
Корш кивнул и углубился в бумаги.
* * *
Вечером из дома я выходил, стараясь не шуметь. Ирина Харитоновна ложилась рано, а вот Зубов запросто мог оказаться на пути и со свойственной ему бесцеремонностью поинтересоваться, куда это я намылился в столь поздний час.
Но, судя по тишине в доме, Зубов ещё не приходил. Принцесса встрепенулась, решив, что я собрался на прогулку, но я покачал головой, и она снова улеглась в прихожей.
Шагая к машине, я заметил, что к соседнему дому подъехал экипаж. Старичок-генерал, с которым Зубов сначала разругался из-за Принцессы, а потом сдружился на почве любви к фейерверкам, кряхтя, опираясь на трость и на такого же пожилого, как он сам, денщика, забирался в карету.
Интересно. А его-то куда несёт на ночь глядя? Обычно люди такого возраста в это время десятый сон досматривают.