Как помещение выглядит внутри, я представлял себе смутно. Всё, что застряло в голове с гимназических времён, это единственная картинка из учебника истории: сводчатый потолок, расписные стены, вдоль стен лавки, а на лавках — бояре с длинными бородами, в бархатных шубах и высоких шапках.

Ну, что сказать. Не так уж я и ошибся. Потолок Грановитой палаты действительно оказался сводчатым, стены — расписными, а вдоль стен стояли деревянные лавки, богато украшенные резьбой. Только вот никакие бородатые бояре на них не сидели. Обстановка напоминала скорее светский раут.

В помещении находились, стоя группами по двое-трое, с бокалами в руках, человек пятнадцать. Приглядевшись, я не без удивления отметил, что публика собралась весьма разношёрстная. Здесь были как явные представители высшего общества, так и других сословий. Военные мундиры, гражданские сюртуки. Люди разных возрастов и профессий. Объединяло их одно — золотые перстни на пальцах.

Я вошёл, стараясь не привлекать внимания, и остановился у стены. Возле меня немедленно образовался официант с подносом, я взял бокал шампанского.

Корша я увидел, но он стоял ко мне спиной, разговаривая с высоким худощавым господином. Господин был одет столь безукоризненно, а его галстук и запонки были подобраны к жилету с таким безупречным вкусом, что я подумал: дипломат.

Отвлекать Корша от беседы я не решился и потихоньку рассматривал собравшихся. Моё внимание привлёк человек, стоящий недалеко от меня. На вид ему было лет тридцать пять, и я готов был биться об заклад, что он принадлежит к высшей аристократии. Черты лица показались мне знакомыми — хотя я был уверен, что прежде этого человека не встречал.

«Не встречал», — с ухмылкой подтвердил Захребетник.

«А ты что, знаешь, кто это?»

«Догадываюсь».

«И кто?»

«Не скажу. Мучайся».

«Да ну тебя! Небось, сам не знаешь».

Наше препирательство оборвал Корш. Он обернулся и увидел меня.

— О, Михаил Дмитриевич! Прошу, прошу.

Корш подошёл ко мне.

— Разрешите представить, господа! Михаил Дмитриевич Скуратов, коллежский асессор. Сотрудник Коллегии Государевой Магической Безопасности — где, как вы знаете, имеет честь трудиться и ваш покорный слуга.

Собравшиеся начали поворачиваться ко мне.

— Всех нас сразу Михаил Дмитриевич, я полагаю, не запомнит, — неожиданно густым, низким басом прогудел дипломат. — Будем, как обычно, знакомиться по мере общения.

— Позвольте-ка… Скуратов? — раздалось из-за моей спины.

Я обернулся. И закашлялся. Передо мной стоял мой сосед-генерал. Тот, что полчаса назад у меня на глазах садился на извозчика.